Адам абсолютно не знал, какой выход мог быть в этой ситуации. Снаряды летели все ближе, Елена так и плакала, спартанец думал, что сейчас оглохнет то ли от шума, то ли от страха. Единственное, что он придумал – это забежать в увиденный им торговый центр и там спуститься на самый нижний этаж. Адам спустился бы в метро, но станций поблизости не было. Шаги длинноногого чудовища слышались все ближе. Оглянувшись, он увидел, что преследователь сократил дистанцию уже где-то в два раза и все приближался, строго идя за своими жертвами по пятам. Забежав в нужное Адаму здание, он сразу же направился к эскалаторам, ведущим вниз. Из этого места спартанец притащил в их дом много вещей, но времена меняются. Теперь это место должно послужить им бункером. Елена так и ревела, не останавливаясь, пока Адам скользил по бортам эскалаторов и спускался вниз. Достигнув самого нижнего минус второго этажа, спартанец наконец остановился около стены. Это место когда-то являлось огромной парковкой, а теперь здесь образовалось кладбище брошенных машин.
– Почему… ты остановился?! – сквозь рыдание выговорила Елена.
– Здесь должно быть безопаснее всего. – Адам посмотрел вверх, прямо на пыль, сыплющуюся с потолка от сильнейших ударов где-то сверху.
Казалось, что несколько этажей в этом и так искореженном временем здании уже было разрушено. Все это время Адам мог лишь сидеть и ждать того, когда длинноногий захочет уйти, но в глубине души закрадывалась мысль, что чудовище так просто их не бросит. Если у него не закончатся боеприпасы, то он точно рано или поздно дороет ими прямо до нижнего этажа. Елена вся тряслась, но плачь немного стих. Адам также трясся и прижимал ее к себе, может быть, чтобы она меньше боялась, а, может, чтобы самому меньше бояться. Сейчас Адам мог отлично понять, как сильно за все это время он начал ценить свою жизнь и жизнь своей дочери, обливающей его бронепластины слезами.
– Я не хочу умирать! Не хочу! Папа, я не хочу! – истерично вопила девочка у него на руках.
– Тише… Сейчас нельзя шуметь… – прошептал Адам.
– Я чувствую, как он жаждет наши души! Он идет за ними! Не отстанет! Он не отстанет! НЕ ОТСТАНЕТ! – Елена заскрежетала зубами в панике и начала колотить по туловищу Адама, и все это под аккомпанемент нескончаемых взрывов, все сильнее отдающихся по стенам. Разруха открывала роскошные, большие двери для смерти.
Адам схватился руками за голову в осознании того, что больше он ничего не может сделать. Он верил словам Елены, хотя и не хотел – ведь они означали конец. «Неужто я сейчас… умру… Боже… Это ты всему этому виной? Ты нас создал, и ты нас убьешь? Не знаю… Это все какой-то бред. Просто не хочу верить, что прожил я, можно сказать, всего шесть месяцев. И 50 ебучих лет просидел в коме, в помойке.»
– Он уже там! Прямо там! – закричала Елена.
В это время длинноногий уже достиг торгового центра и остановился почти вплотную к зданию. У строения были обрушены почти полностью два этажа. За существом тянулись следы от его ног, повсюду в округе горели огни и оседала пыль. Подойдя так вплотную к своим жертвам, существо уже не доставало пушками, так как не могло направить их под ноги. Но на этом разрушение и уничтожение не остановились. Многочисленные камни от разрушенных этажей начали подыматься вверх сами собой и вертеться в хороводе, пока к их пляске подсоединялись другие объекты, подымаемые с завалов. Расчищая каменный пол, существо начинало ломать своими силами и его. На двухметровом слое камня начинали появляться трещины, и после он полностью разрушался, обращаясь в гигантские камни и пыль. Вся материя, разрушаемая существом, также поднималась вверх и начинала крутиться вокруг образовывающейся дыры, которая вот-вот доберётся до жертв длинноногого.
Адам чувствовал, что наверху все рушилось и что скоро существо дойдет до них. У длинноногого вдруг открылись несколько хаотично расположенных люков в туловище, ведущих к его внутренностям. Из люков полезли длинные и большие шланги, двигающиеся, как живые змеи. Шланги начали опускаться далеко-далеко вниз, доставая до самой поверхности, на которой стояли его ноги. Шлангов было около десяти, и в каждый можно было поместить человека. Для существа они выглядели прямо как его хоботы. На потолке этажа, где находились Елена и Адам, начали появляться трещины и раздался треск с грохотом. Елена вновь закричала изо всех сил и зарыдала. Адам прижался к самому углу стоянки, так как там их было сложнее всего достать. Поблизости даже не было выходов из помещения, до ближайшего пришлось бы пробежать вдоль стены несколько десятков метров, и в попытке они бы только приблизились к месту, где рушился потолок и действовали силы существа. Некоторые камни потолка взлетели вверх, открыв на стоянке окно в мир, через которое проникал белый свет.
– Не хочу умирать! Не хочу умирать! Не хочу! Папа… Папа… – Елена так и обнимала Адама, у которого вообще не было идей, что можно сделать. Он молча сидел, окаменевший от ощущения безысходности.
