– Мне нужен паспорт на имя Сергеева Сергея Николаевича, жителя города Санкт-Петербурга, с моей фотографией.
– Дашь сегодня фото и три тысячи евро – и завтра заберешь.
– Кому?
– Фотографу с автостанции.
Брат пристраивается к автобусной остановке и снова мочится, продолжая внимательно меня разглядывать. Он говорит мне, застегивая ширинку:
– Сломать людям мозг нужно, чтобы они посмотрели на небо.
Конечно же, он очень странный человек.
Брат идет к подъезду, а я тороплюсь обратно в гараж.
«Если поменяю все евро, какой объем рублей у меня будет, например, в пятитысячных купюрах? Наверное, нужна очень большая сумка. А если дадут тысячные? Нет, в банке должны быть пятитысячные. А вдруг там не окажется столько рублей? Надо умножить на калькуляторе, сколько всего денег в рублях. Интересно, есть ли калькулятор в мобильнике? Интересно, что это за железка в чемоданчике?»
Я не замечаю, как снова оказываюсь у гаража. Ставлю машину. Чемоданчик на месте.
Динь-динь.
Приходит сообщение. От брата.
«Что ты видишь на небе?»
Я поднимаю голову и смотрю на осеннее утреннее небо, сырое, серое и холодное.
Я набираю в ответ одно слово: «Ничего».
Но не отправляю, потому что брат и сам это знает.
Сегодня я не думаю о плохом. Моя жизнь, похоже, меняется. Я сделал все, что планировал, и даже больше. Я – в Москве, в отпуске. Мог бы и в Париж приехать, конечно, но это далеко. На мне темно-синий дорогой костюм и новое белье. Носки без дырок. Приятно греют ноги теплые зимние ботинки. Утром я постригся в уютном имидж-салоне, полулежа и слушая приятную музыку, – мои волосы, вечно растрепанные, теперь лежат красиво и аккуратно. Вежливый и предупредительный мастер даже состриг растительность с ушных раковин и в носу и немного выщипал брови, чего я не делал ни разу в жизни. От меня исходит терпкий аромат «Дживанши».
Я сижу в центральном офисе крупной риэлтерской компании, в кожаном кресле. Напротив меня – молодая девушка лет двадцати пяти, риелтор. У нее симпатичное лицо, приятные манеры, красиво уложенные черные волосы и большая грудь, частично открытая и крепко стянутая изящным белым платьем. Она спрашивает:
– Чай, кофе?
– Кофе с молоком, пожалуйста.
– С сахаром?
– Два кусочка.
– Сейчас принесут. Что вас интересует?
– Небольшая уютная квартирка с хорошим видом, в центре или рядом, с отделкой и мебелью. В пределах двух миллионов евро.
Она разворачивает ноутбук и показывает фотографии. Я смотрю на них и на грудь, которая колышется всякий раз, когда девушка нагибается, чтобы нажать на клавиши.
– Есть прекрасная квартира с видом на Патриаршие пруды. Евроремонт и мебель в итальянском стиле. Есть уютная студия с видом на Чистопрудный бульвар. Дизайнерская отделка и мебель в готическом стиле. Я бы рекомендовала также замечательные апартаменты в Сити, сорок пятый этаж небоскреба, с панорамным остеклением и совершенно невероятным видом на город, стиль – индустриальный.
Я вспоминаю унылый вид на заброшенную железнодорожную ветку.
«Похоже, все меняется».
– Вот, эта последняя подойдет.
– У вас наличные или ипотека?
– Наличные.
– Когда сможете внести залог?
– Сегодня.
Прекрасная девушка смотрит на меня с уважением и интересом. У нее миндалевидные карие глаза – доверчивые и лучистые. Бархатистая и нежная ухоженная кожа. Неторопливые движения, полные сладкой неги. Когда она улыбается, на щечках образуются милые ямочки.
Вдруг я чувствую, что готов сделать что-то невероятное. Прямо сейчас. Что-то совсем мне не свойственное.
– Я принесу документы?
– Да. Но у меня к вам просьба. Я новенький в вашем городе, у меня здесь нет знакомых. Вы не отметите со мной подписание нашей сделки в каком-нибудь совершенно замечательном месте?
Девушка краснеет. Она явно в растерянности. Смотрит себе под ноги.
«Что ты делаешь, Гена? Что ты делаешь?»
Шахтеры внутри моей грудной клетки снова бешено колотят огромными молотками. Кровь приливает к лицу. Тело становится невесомым. Секунды длятся бесконечно. Сейчас я оторвусь от дивана и медленно и незаметно улечу отсюда, как воздушный шарик.
«Ну же!»
– Почему бы и нет, если у хорошего человека есть хороший повод…
«Надо же! Как быстро она согласилась! Интересно, это из-за того, что я при деньгах?»
Она спрашивает меня, склонив голову набок:
– Вы ведь хороший человек?
«Похоже, все меняется!»
Черно-белый фильм моей жизни на глазах становится цветным.
– Вы разве сами не видите?
Она улыбается.
– Но только мама ждет меня домой в десять вечера.
Она разворачивается и идет за бумагами. Ее фигурка – просто прелесть! Я слежу за ней, пока она не скрывается в дверях какого-то кабинета.
«Черт!»
Я снимаю с пальца кольцо и прячу в карман пиджака.
Динь-динь. Динь-динь. Динь-динь.
Ко мне приходят сообщения. Я читаю: «Сегодня утром пассажиры и пилоты самолетов, пролетавших над материковой частью Австралии, в районе Мельбурна, имели возможность наблюдать необычное явление. Облака, над самой землей, выстроились таким образом, что с высоты тысячи метров можно было легко прочитать одно слово. И это слово было: «Ненависть».
«Что это?»
Я оглядываюсь по сторонам.
