Хульда кивнула, не совсем понимая, о чем речь. Неужто под «грязью» Педро подразумевал уличных девиц?
– Разумеется, у всего есть своя цена, – продолжал он. – Наши услуги обходятся клиентам в кругленькую сумму, но взамен те получают чистеньких здоровых девушек с образованием и хорошо подвешенным языком. Не второсортный товар, а лучшее, что только можно найти.
– Хотите сказать, что за каждой из этих дверей находятся прекрасные девушки? – осторожно спросила Хульда.
Педро гордо кивнул, словно ему сделали комплимент.
– Но уличные потаскушки тоже работают на меня. Никто здесь не может вести дела в обход Педро! Мелкая скотина тоже дает навоз, кажется, так говорят в Берлине? Однако здесь, внутри, девушки совсем другого класса. Это мое царство, мой дворец желаний. Клиенты приходят только по рекомендации. У каждой комнаты есть свой цвет: красный, фиолетовый, желтый. Клиенты выбирают комнату в зависимости от предпочтений клиентов. У всех девушек есть своя изюминка, которая отличает ее от остальных. Александра у нас акробатка, Полина умеет обращаться с хлыстом, а Лилиана целуется, как никто другой. Я знаю, о чем говорю. Нужно обеспечивать клиентам обслуживание по первому разряду.
Педро, рассмеявшись, встал и подошел к Хульде. Та похолодела. Мужчина взял стакан у нее из рук и, к ее удивлению, опустился перед ней на колени. Потом провел пальцем по ее обнаженной ноге.
Когда Хульда вздрогнула, Педро молниеносным движением схватил ее обеими руками за лицо, заставил открыть рот и принялся изучать ее зубы, как у кобылы на рынке.
– Отлично, – сказал Педро, довольный увиденным, и похлопал Хульду по щеке. – Ты выглядишь несколько суровой, дорогуша, – черные волосы, серьезное лицо… в моей коллекции не хватает кого-то вроде тебя. Этакая интеллектуалка, скорбная, но красивая. А твои глаза – в них определенно что-то есть! Я заинтригован.
Хульда уставилась на мужчину во все глаза и через несколько секунд поняла, почему беспрепятственно получила аудиенцию. Она хотела было сказать, что случилось недоразумение, но в последнюю секунду прикусила язык.
«Я смогу что-нибудь из него вытянуть, только если подыграю, – подумала Хульда, чувствуя себя неуютно. – Это мой единственный шанс». Если сейчас она признается, что пришла задать несколько вопросов, то Педро вышвырнет ее отсюда – или и того хуже.
Поэтому Хульда улыбнулась так кокетливо, как только могла, чувствуя себя последней самозванкой. Кем она, собственно, и являлась.
– Рада слышать.
– Если тебя прислал Красный Барон, то условия и расценки ты знаешь, – сказал Педро, возвращаясь на диван.
Хульда с облегчением вздохнула. Близость этого человека вызывала у нее жгучее отвращение. Она неопределенно кивнула, пытаясь сделать вид, что знает этого Красного Барона, посредника со сказочным именем, и что она в курсе дела.
– Когда я беру новенькую, то создаю ее с нуля, – сказал Педро и закурил. Он неторопливо пыхтел толстой сигарой, изучающе глядя на Хульду черными глазами. – Итак, кто ты такая? Что готова предложить? Какие мечты можешь воплотить в жизнь?
Хульда хотела было ответить, но Педро остановил ее, подняв руку.
– Погоди, ты не обязана отвечать. Мы побеседуем, и я пойму, как тебя назвать. А хорошая еда является неотъемлемой частью плодотворной беседы.
Он снова встал, приоткрыл дверь и выкрикнул в коридор:
– Галина!
Через несколько мгновений в комнату с серебряным подносом вошла светловолосая женщина, которая, казалось, только и ждала, когда ее позовут. Она поставила на середину стола хлеб, красную икру и клубнику. Потом, не говоря ни слова, удалилась.
Хульда почувствовала, как у нее задрожали коленки – но вместе с тем жгучее любопытство разбирало ее все сильнее. Кто такой этот Педро? Посреди ночи ему подают деликатесы, он живет здесь, как повелитель подземного царства, – и при этом он чувствовал угрозу со стороны Риты Шенбрунн, третьесортной проститутки? Что она знала о нем?
– Угощайся, дорогуша, – сказал Педро.
Хульда встала, намазала икру на мягкий хлеб и запихнула себе в рот. Вкусно было – пальчики оближешь, но от страха горло словно судорогой свело. Некоторое время она думала, как поступить, а потом решила поставить все на карту и вместо того, чтобы вернуться в кресло, села рядом с ошеломленным Педро. Посмотрела ему в глаза и сказала:
– Хочешь знать, кто я? Тогда расскажи, кто ты сам. – Хульда перешла на «ты», потому что чувствовала, что наигранная близость – ее единственный выход.
Педро рассмеялся, но Хульде показалось, что его самоуверенность дала крошечную трещину.
– Я не собираюсь играть с тобой в игры, красавица моя, – заявил он.
Тогда Хульда ласково погладила его по покрытому черной тканью предплечью, скинула туфли и поджала ноги под себя.
– Расскажи мне о себе, – произнесла она, пытаясь придать своему голосу томные мурлыкающие нотки. – Тогда ты увидишь, в чем моя главная способность.
