Вечер после посещения Шаляпинского музея выдается невеселый. Идти обоим никуда не хочется, за день оба чертовски устали, не столько физически, сколько эмоционально. И в номере делать толком нечего. Всеволод Алексеевич щелкает пультом от телевизора, тихо ворча на скудный ассортимент каналов. Сашка жмется к нему и бессмысленно пялится в экран. Ей сегодня не лезут ни фильмы, ни книжки. Кое-как расстелила кровать и рухнула на нее первой. Всеволод Алексеевич удивленно посмотрел, но ничего не сказал, устроился рядом. Сашке иногда кажется, что он считает ее кем-то вроде супергероя. И так искренне удивляется, когда она выходит из строя. А может, это ему с высоты его лет кажется, что в Сашкином возрасте невозможно себя плохо чувствовать.
– Ты что, бросила курить? – вдруг спрашивает он, в очередной раз переключая канал.
– Почему? – Сашка нехотя отрывает голову от его плеча, чтобы видеть глаза.
– Мы два часа в номере, а ты ни разу не вышла на балкон.
Сашка подтягивает одеяло, передергивая плечами.
– Не хочется.
Всеволод Алексеевич хмыкает.
– Мне, предположим, тоже не хочется каждый час до туалета топать, а приходится. Ты решила, что если будешь ко мне жаться, то я наверняка не помру, как Федор Иванович?
И сразу понимает, что шутка не прошла.
– Саша? Сашенька, ты серьезно, что ли? И снова слезы на глазах. Господи… У тебя дни «не подходи – убьет»?
Сашка прячется под одеяло с головой. Она до сих пор не привыкла обсуждать с ним подобные вопросы. Ей вообще дико, что он владеет такой информацией. Догадливый какой. Да и жизненный опыт не пропьешь. Надо думать, ему не одна барышня выносила мозг в сложные дни календаря, научился чуять опасность.
Хотя в Сашкином случае эта формула звучит скорее: «не подходи – зареву». Агрессия уступила место ранимости. Еще и Федор Иванович все нервы вытрепал. И Кисловодск этот, чтоб его, город-курорт. Сашка рассчитывала, что Всеволод Алексеевич здесь здоровье поправит, что ему тут будет лучше. А по факту ничего не изменилось. Ну обстановку сменил, только и всего. Зато бытовых проблем целая куча, начиная с его питания. Как ни выбирай в кафе то, что ему можно, все равно сахар скачет. Никто же не узнает, что добавили во вроде бы безобидное блюдо. Какая-нибудь заправка с усилителем вкуса легко превращает диетический салатик в бомбу замедленного действия. Если бы он согласился на санаторий… Но сейчас Сашке кажется, что она сама бы не согласилась. Три недели в городе, наводненном бабушками с палками для скандинавской ходьбы, дедушками со стаканами нарзана и ее коллегами в белых халатах, с такими постно-праведными лицами, что аж тошнит… Да Сашка бы повесилась на ближайшем кипарисе. Кипарисы тут шикарные, конечно.
– Хочешь домой? – неожиданно спрашивает Всеволод Алексеевич.
Сашка кивает под одеялом. Он смеется, тянет одеяло на себя.
– Выковыривайся оттуда. И давай чемоданы собирать.
– Два дня еще.
– Ближайший поезд через три часа. Ты умеешь быстро собирать вещи или научить?
Сашка изумленно на него смотрит. Он, конечно, пользуется гаджетами, но не настолько умело, чтобы за две минуты, что она провела под одеялом, выяснить расписание поездов. Его максимум – узнать счет спортивного матча, и то Сашка вывела закладки на нужные сайты ему на стартовый экран.
– Ну спроси волшебную говорилку, если мне не веришь. Заодно можешь билеты забронировать. А старые сдать. Сашенька, расписание регулярных рейсов из крупных городов нашей необъятной Родины я знаю наизусть. А туры по курортным городам мы катали каждое лето и не по одному разу.
– Да ладно… Оно же меняется…
Сашка уже лезет в смартфон. Всеволод Алексеевич наблюдает за ней с насмешкой.
– Не так уж кардинально. Ну что там?
– Через три часа поезд. Завтра будем дома.
Всеволод Алексеевич довольно резво встает с кровати.
– А теперь я научу тебя быстро собирать вещи. Кстати, первое правило мы уже нарушили. На гастролях я чемодан обычно и не разбирал. Правило звучит так: «Чем меньше раскидал накануне, тем дольше спишь утром». Мы же приезжали обычно на одну ночь и то не на всю. Вечером концерт, а рано утром ты уже должен быть в аэропорту. Легче просто открыть чемодан, но ничего не раскладывать. Взял, попользовался, засунул назад.
Он объясняет, а сам уже складывает вещи из шкафа. Сашка быстро к нему присоединяется. Хотя все еще не может поверить, что он серьезно.
– Билеты сначала возьми, – напоминает он.
Значит, серьезно. Сашка в легком шоке. Она привыкла любое путешествие планировать заранее. И она все время забывает, что ему метнуться на другой конец страны – как в соседний магазин за хлебом сходить.
– Всеволод Алексеевич, но вам же здесь нравится… Нарзан бы еще попили…
