— Что? — наклоняется ко мне, красные хвосты щекочут мне нос и подбородок. И мне очень хочется, чтоб она меня поцеловала. Просить о таком на глазах у жены брата и детей, конечно, наглость. Но сегодня Мирослава такая открытая, тёплая и улыбчивая, желанная настолько, что искушение слишком велико.
— Миша? — кокетничает Мирослава.
А я только глубже вдыхаю, она пахнет малиной. Очень вкусно, облизываюсь.
Мирослава склоняется чуть ниже и быстро целует меня в уголок губ.
— Помогу, Маше.
Убегает на кухню, открываю вино, слушаю, как брат переговаривается со Стасом, и Марком. Мелкому отсыпали конфет, он упорно складывает их в поильник и гремит ими.
— А сколько Марку? — спрашиваю у Кая, открывая вино.
— Семь месяцев уже! — с гордостью отвечает.
— Я думал он младше.
— Чужие дети быстро растут! — возвращается Маша с подносом фруктов.
Мира идёт следом, несёт большой кремовый торт.
Цепляемся с братом взглядами за этот торт, на секунду меня коротит, потому что такой торт мама покупала нам на день рождения. Кай хмурится и отводит взгляд. Не самые приятные воспоминания, нам, конечно, ещё предстоит многое обсудить.
Все снова собираются за столом.
— А вы ребята, планируете детей в будущем? — спрашивает Маша, чмокнув младшего в макушку.
— Да мы вообще не планируем, — качает головой Мира.
— Минимум двоих.
Отвечаем одновременно вразнобой. Тут наша легенда дала сбой.
Лицо брата вытягивается, Маша задорно смеётся.
— А, вы мне нравитесь всё больше и больше с каждой минутой!
Мы с Мирославой переглядываемся, напрягаемся оба. Почему это она не планирует детей? И мне как бы, должно быть, всё равно, но меня это неожиданно раздражает.
— А я тоже не планирую детей! — выдаёт Стас, усаживаясь рядом с Мирославой, явно намекая, что он-то ей больше подходит.
Столовая взрывается смехом, ржут все. И мы с Мирославой тоже. Напряжение отпускает, подумаешь, детей не хочет, и не надо. В конце концов, для яркого романа дети необязательное условие.
Отсмеявшись, цепляюсь своим мизинцем за мизинец Миры. Она очень старается не улыбаться, прикусывает щёку. Переплетает наши пальцы. Мне нравится, когда она так делает, ласково касается. А ещё я чертовски рад, что взял её с собой, и знакомство с семьёй брата прошло так легко и весело. Без долгих пауз и напряжённости. Благодаря ей, я не ощущаю себя чужим и одиноким. Впервые за долгое время чувствую себя причастным к чему-то тёплому и светлому, частью семьи. И это очень круто.
Мирослава
Всю дорогу домой мы целуемся в такси. Миша периодически пытается меня тормозить, кивая на таксиста, но мне так хорошо, что я наглею и снова к нему пристаю. Расплатившись, вываливаемся из машины, никак не можем разлепиться. Спиной иду к подъезду, Миша жадно шарит языком у меня во рту. Мне нравится! Он так классно целуется! В лифте зажимает меня в углу, распускает волосы, пихает мои резинки в карман, но они летят на пол.
— Резинки, — шепчу ему в губы.
— Я купил, —серьёзно отвечает Михаил.
Утыкаюсь ему в шею, смеюсь. Он хмурится, не понимая, что меня так развеселило.
—К тебе или ко мне? — спрашивает, замерев между дверьми.
Я хочу его, очень. Но сейчас мне так легко и счастливо, меня переполняет предвкушением, и я позорно боюсь, вдруг что-то пойдёт не так.
— Я, наверное, сейчас не готова, — признаюсь, закрыв лицо волосами.
Миша убирает мои волосы за уши.
— К чему не готова? — спрашивает серьёзно.
— Ну, к проникновению.
Язык мой враг мой, но это честно, боюсь, что на этом моменте, может, триггернуть и я всё испорчу.
— Значит, сегодня у нас будет секс без проникновения.
Ээээ. Я подвисаю, а такой бывает? Я счастливая и захмелевшая от вина и страстных поцелуев безбожно туплю. Миша забирает у меня ключи и открывает дверь, вталкивает нас внутрь. Пока до меня наконец-то доходит, что он имеет ввиду. Оральный секс, да? Меня передёргивает, потому что я его ненавижу. Я пробовала делать минет трижды, и каждый раз был хуже предыдущего, Семёнов всегда был груб, нетерпелив и по итогу недоволен.
Миша снова зажимает меня в прихожей. Жадно целует шею, ключицу. А я никак не могу расслабиться. Потому что я не люблю оральный секс и не хочу им заниматься!
— Что не так? — смотрит пытливо.
Прохожу в комнату, хмурый франт идёт следом.
— Я не люблю оральный секс, — выдаю и зажмуриваюсь, если он сейчас уйдёт, это будет провал.
— Почему? — Мишины брови удивлённо ползут вверх.
— У меня сильный рвотный рефлекс, — и это тоже правда.
— При чём здесь ты?
Миша выглядит совсем озадаченным. А кто если не я? Оу. Дёргаюсь отступая. В смысле он имел в виду, что он мне что ли? Семёнов никогда так не делал, только я ему должна была.
— Мирослава, ты меня совсем запутала. Я хочу сделать тебе приятное. Я. Тебе. — крайне серьёзно объясняет Миша.
Чувствую, как горят уши.
Мой секси сосед снимает рубашку и брюки, носки, даже часы снимает и аккуратно кладёт на тумбочку. Зажмуриваюсь, называется, почувствуй разницу в отношении. Миша снял часы, чтобы они не путались в моих волосах, мы пока целовались в такси, он два раза извинялся, когда цеплял ими волосы.
