Приподнимается чуть выше, прикусывает кожу на шее. Всхлипываю от эмоций, меня накрывает сладко-колючий оргазм, совсем новый такого еще не было. Необычно. Шумно дышу, глажу Мишину спину. Он рычит, утыкается носом в подушку, кончает.
После секса кормит меня голубикой, попутно вещая, чем она полезна. Слушаю, интересно, хотя я бы и так съела.
Ловлю мужа в фокус, потому что он вдруг замолкает. Сидит задумчивый, смотрит в стену.
— Миш, ты чего? Миша! — зову, толкая локтем.
— А? — отмирает. — Медочек, меня кое-что беспокоит.
— Что? — отодвигаю миску с ягодой.
Всматриваюсь в любимое лицо, складка между бровей, взгляд серьезный, губы плотно сжаты. Говорила же, придется послушать.
— Ты же беременная мальчиками. А мы с тобой сексом занимаемся.
— И? Ты это к чему? — переспрашиваю, потому что не могу уловить суть.
— Мирослава, ты носишь мальчиков, а я в тебя член засовываю! Что непонятного? Меня это беспокоит! Вдруг это как-нибудь отразится на них? — психует Рой.
Теперь подвисаю я, потому что всё еще не понимаю. Не сразу, но до меня доходит, что Миша имеет в виду.
— Ты боишься, твой член так им зайдет, что они вырастут геями? — ржу как ненормальная.
— Почему ты смеешься? — возмущается муж, — Между прочим, есть исследования!
— Ага, которые провели британские ученые, потому что им нечем заниматься! — отсмеявшись, забираюсь к мужу на колени.
— Ты очень милый в своей заботе о сыновьях, но давай не будем перегибать? Нормальными пацанами они будут! С таким отцом, как ты иначе и быть не может!
— Думаешь? Я буду очень их любить, хочу, чтоб они мной гордились. Математикой с ними буду заниматься. А ты давай доедай голубику, тебе для иммунитета полезно.
Миша подает мне миску с ягодой. Целую его в нос. Заботушка.
Мирослава
На телефоне срабатывает оповещение, специальное приложение напоминает мне, что началась новая неделя. А значит, семь месяцев беременности позади, начался восьмой. И теперь мой ребенок размером с ананас. В моем случае два ананаса. Живот совсем большой и работать все сложнее.
Растерев поясницу, раскладываю готовые ободки и заколки по коробочкам, в каждую бонусом идет маленькая авторская открытка с пожеланием и подписью. Миша должен развести их завтра.
Кай настоял на том, чтобы купить нам машину как подарок к рождению племянников. Но Миша не согласился и взял эти деньги в долг, зная характер мужа, он вернет их при первой возможности. Так что теперь мы на колесах и новенький Мурано здорово облегчает нам жизнь.
Встаю, прохожусь по комнате, спина ноет, ноги отекли, скоро совсем не смогу работать. Поглаживаю живот, уговариваю мальчишек, угомонится.
Сегодня они особенно беспокойные, неприятно толкаются в ребра и бьют по мочевому пузырю. Всё утро снег шел, погода на них, что ли, так влияет?
До родов совсем немного и Маша решила, что нужно сделать ремонт в квартире и обновить мебель к рождению близнецов. Поэтому уже пару недель мы живем у Снежинских. Ремонтная бригада трудится ударными темпами, обещали закончить через десять дней.
Маша с Каем и детьми с утра поехали по магазинам, Миша умчал в город по работе, на обратном пути обещал купить чернику. Он такой трепетный в исполнении моих капризов. Улыбаюсь, вспомнив утренние нежности. Еще он должен заехать в строительный, магнитная калитка снова барахлит, плохо закрывается.
Беру лейку и спускаюсь на первый этаж, я обещала Маше полить её заросли. Столько пальм я нигде не видела.
В дверь звонят, Кай говорил, что курьер должен привезти растущий стул Стасу.
Открываю дверь и столбенею. На пороге Семёнов.
Машинально стараюсь захлопнуть, но он подставляет ногу, и отодвинув меня, заходит в дом.
— Привет-привет, — тянет нараспев с противной улыбочкой, осматривается кругом.
Присвистывает.
— А ты хорошо устроилась, богатый муж, огромный дом, у входа дорогая тачка и... — Даниил сверлит колючим взглядом мой живот. — И ты беременна.
Стараюсь натянуть кофту пониже, но она снова пружинит вверх. Мальчики подросли за последнее время.
— Как ты меня нашел? Что тебе нужно? Тебя сюда не приглашали. Миша сейчас вернётся, будет скандал.
Даниил скалится, до меня доходит, что он пьян. Шариться в грязной обуви по дорогому ковру, а дети по нему босиком бегают.
— Семёнов, вали отсюда по-хорошему. Мы давно всё выяснили! Зачем ты припёрся? Ёще и пьяный! — повышаю тон.
Я думала, что всё закончилось. Мы столько времени не виделись, он женился, у него ребёнок родился, и я наконец-то выдохнула.
— Я припёрся, потому что соскучился. Да, вот так банально. Мне тебя не хватает, Слава. Настолько, что вчера я перечитывал наши переписки, когда пил.
— А потом вырубился, а Настя разблокировала айфон моим же пальцем и всё прочла. — пьяно ржёт этот ненормальный. — Вообще всё! Она всё про нас знает, с самого начала.
Мои щёки начинают гореть, какой позор, бедная Настя. Не представляю, что она сейчас чувствует и как должна меня ненавидеть.
— Ты ненормальный? Почему ты всё не удалил? — зло шиплю на него.
Он пожимает плечами.
— Почитывал иногда горячие моменты, с рождением ребёнка секса в моей жизни стало мало, надо было как-то выживать.
