— У меня пациенка. Тяжелая. Нужно уложить в гостевой.
Я подскочила, путаясь в юбке, зажгла свет. Выбежала, ахнула: на руках у Марка было хрупкое женское тело. Первое, что бросилось в глаза — безжизненная рука с тонкими пальцами, покрытыми пятнами бурой крови, и запрокинутое бескровное лицо. Одежда на женщине была порвана.
Я ее не сразу, но узнала: наша прачка, о которой я сегодня вспоминала. Вдова с двумя детками. Это кто же ее так?
Хмурый сосед из дома напротив решительно оттеснил меня в сторону и двинулся в гостевую спальню. Очевидно, удовлетворенный условиями, он сдернул с узкой кровати покрывало и кивнул Марку:
— Сюда?
Мой супруг опустил ношу на чистые простыни. Ну уж нет! Я тут весь день чистоту наводила, а они…
— Ее нужно переодеть!
— Верно, — согласился Марк.
— И обтереть! Я сейчас принесу чистое исподнее. Да оставь ты уже несчастную! — мысль о том, что Марк будет раздевать другую, хоть и раненую, женщину, меня встревожила. — Спит?
— Да.
— Выйди вон, я сама все сделаю.
К моему удивлению, Марк послушался. Он выглядел ужасно усталым.
— Симеон? Вы не могли бы принести еды? Любой горячей еды. Я, знаете ли, весь день занималась уборкой… А Марка нужно непременно накормить.
Почему-то признаться в том, что я не умею готовить, было стыдно.
— Да, я… конечно, сейчас.
Сосед исчез, а я налила в тазик теплой воды и занялась гостьей. Смотреть на нее было страшно, я заплакала от жалости, увидев кровоподтеки на ребрах и ссадины на лице. На шее — багровые следы пальцев. В волосах — запекшаяся кровь. Какой изверг сотворил такое с несчастной? Чтоб у него руки отсохли и глаза полопались!
Я не люблю больных. Сопли, кашель, сыпь на коже вызывают у меня натуральной омерзение. Но тут было совсем другое, и никакой брезгливости я не испытывала. Переодев гостью в чистую ночную сорочку, я постаралась устроить ее поудобнее на подушках. Оставив небольшой светильник на тумбочке возле постели, вышла в гостиную.
Марк спал, скрючившись на диване. Не раздевшись, не умывшись. Конечно же, голодный. Я опустилась на колени и разула его. Отнесла заляпанные грязью ботинки в прихожую. Натоптали… А ведь я только днем вымыла полы! Но злости не было, только усталое смирение.
— Лала, я… — муж попытался встать, но я не пустила.
— Ты поспи. Выглядишь ужасно.
— Ну спасибо.
— Ш-ш-ш, я принесу подушку и одеяло. Спи.
— У меня там Марта.
— Я присмотрю.
Видимо, Марк был настолько вымотанный, что не нашел в себе сил со мной спорить. Я прекрасно знала, что чем тяжелее пациент, тем больше сил отдает целитель. Тут и без слов было ясно, что женщина была сильно избита. Возможно, изнасилована. И Марк выложился без остатка, спасая ее. А еще долгая дорога…
Пусть спит.
Симеон Озеров вернулся с едой. Снова — из «Хромого петуха». Не поскупился, принес много и горячего.
— Сколько я вам должна?
— Мы с вами вроде бы добрые соседи? — несмотря на то, что он тоже выглядел усталым, у него еще нашлись силы шутить. — Желаете сразу поссориться?
— Нет, что вы, — смутилась я.
— Вот и славно. Помощь какая нужна?
— Нет, я справлюсь.
— Тогда я домой. Если что-то понадобится… — он замялся, переступил с ноги на ногу и обаятельно улыбнулся, — то смело посылайте за мной.
— Хорошо, спасибо.
Я отнесла еду на кухню, поправила съехавшее одеяло на плечах Марка и села в кресло в гостевой спальне. Спать уже не хотелось.
Наверное, только теперь до моего разума дошло, что Марк — не простой человек. Он спасает жизни. Детские, взрослые… Могла ли умереть женщина, что тихо и неподвижно лежала в постели? Я представила, какую боль она чувствовала, и содрогнулась. Марк исцелил ее раны, расплатившись собственными силами. Все маги так, конечно. Мне легче, во мне ни капли дара. Я никогда не узнаю, каково это — отдать часть себя, создавая что-то новое. Хотя нет, узнаю — когда подарю мужу ребенка.
Наверное, каждая мать — волшебница.
Мои родители давно умерли, я почти их не помнила. Смогу ли я стать хорошей мамой?
Я только теперь осознала, что это не шутка. Я и в самом деле вышла замуж. Я — жена. У меня все еще есть выбор: или вернуться к брату и вспоминать это странное время как приятное приключение, или полностью изменить свою жизнь. Быть женой мага-целителя — это непросто. Он будет уставать. Пациенты станут частыми гостями в нашем доме. Грязные полы, кровь, рвота, дурные запахи — всего этого не избежать. Семья Марка — теперь моя семья. И его безалаберный братец, и те, с кем я еще не знакома.
Просто не будет. Но Марк того стоит. Я еще не слишком хорошо его знаю. Он умный, добрый, нежный, хоть и скрывает свою чувствительную натуру под маской самоиронии и холодной вежливости. У меня все еще есть выбор: или стать той, рядом с которой он может отдохнуть и исцелиться сам, или быть очередной его пациенткой, капризной и вздорной. Уверена, он и на вторую мою роль согласится. Против слова не скажет. Валясь с ног от усталости, помоет пол. Вскочив на рассвете, приготовит мне завтрак. Безропотно отдаст заработанные деньги на новую шубку.
Но он достоин лучшего! Ему самому порой нужна нянька.
