Мари вздохнула. Было бы нехорошо отказываться. В конце концов, авария произошла по их вине.
— Да, конечно. В двенадцать подойдет?
— Отлично. Тогда до завтра?
— Да. — Мари развернула машину. Ей хотелось убраться отсюда как можно быстрее. У нее было такое чувство, что чем дольше она пробудет возле Люка Дефореста, тем хуже для нее.
Вместо того чтобы оставаться на пассажирском сиденье, Джейсон, как только они выехали, стал просить Мари:
— Дай я сяду за руль.
— Извини, Джейсон, но поведу я. Одной аварии в день с меня вполне достаточно.
Он закатил глаза.
— Ой, да ладно тебе. Ты же прекрасно знаешь — все произошло случайно.
Но она была уже по горло сыта этими подростковыми выкрутасами. Тут уж либо проявляешь твердость, либо съезжаешь с катушек. Мари предпочитала первое.
— Нет, в этот раз я не собираюсь с тобой торговаться! — заявила она тоном, не допускающим возражений.
И это сработало: Джейсон на время затих. Однако не прошло и пяти минут, как с заднего сиденья донеслось:
— Во, блин, одна маленькая ошибка, и все тут же накидываются на тебя! Я же говорил, что это не моя вина. Если бы папа купил мне приличную тачку, ничего такого не случилось бы.
Мари решила сразу же в корне пресечь его нытье.
— Твоя вина или не твоя, — сказала она суровым тоном, — а ремонт придется оплачивать нам.
— Да мне это до лампочки! — хмыкнул Джейсон. — Пусть папаня сам раскошеливается. У меня баксов нету. Тех жалких грошей, которые ты убедила его мне давать, хватает только на пачку жвачки. Удружила, нечего сказать.
— Двадцати долларов в твоем возрасте вполне достаточно.
Но Джейсон, похоже, еще не до конца высказался и продолжал:
— До тебя просто не доходит. Ты что, никогда не была молодой? Знаешь, какое это западло — просить у своей племянницы денег? Никому из пацанов не приходится заниматься такой фигней. Их предки разрешают им гулять по выходным и баксов дают завались.
— Ну, да, конечно. Только у тебя этого не будет, — охладила она пыл своего дядюшки. — Ни на что такое не надейся.
Мари свернула в переулок. Они уже почти приехали. Слава богу, может, ей удастся скрыться на пару часов в своей комнате.
Поставив машину в гараж, она позвонила в свою страховую компанию, потом поднялась к себе наверх. Быстро опустила жалюзи и легла.
Воспитание Джейсона того и гляди превратит ее в старуху, тяжело вздохнула Мари. Совершенно нет времени, чтобы следить за собой. Люк Дефорест, наверное, черт-те что о ней подумал. Да какое ей, собственно, до этого дело? Ее не может — не должно! — волновать то, что он о ней подумал. Но вот волнует, с горечью признала она. Ну, ничего, придется с этим справиться!
Мари сделала глубокий вдох, задержала воздух, затем медленно выдохнула. Это все Джейсон виноват. От него у нее крыша едет. В конце концов, что она знает о том, как обращаться с мальчишкой в подростковом возрасте? Да она и сама еще не так давно была девчонкой. И то, что она так скоро и вдруг оказалась в роли воспитателя подростка и вынуждена терпеть все его выкрутасы, плохо действует на ее психику.
Мари еще немного позанималась дыхательной гимнастикой, потом поставила старый диск Пола Саймона, свернулась в клубочек и закрыла глаза, наслаждаясь приятным голосом певца. Легкая мелодия успокаивала.
Когда она наконец спустилась в кухню, то была уверена, что совершенно владеет собой. Ни к чему ей думать и о Люке Дефоресте. Хотя… Может, стоит испечь печенье и взять его с собой на их завтрашнюю встречу? Просто интересно посмотреть, сможет ли она задобрить дикого зверя? Всегда можно сказать, что печенье — для Каролины, так что он ничего не заподозрит.
Мари разогрела мясной рулет, которым Джейсон демонстративно давился. К салату он вообще не притронулся, и она была даже рада, когда, проглотив полконтейнера шоколадного мороженого, ее дядя убрался с кухни. Услышав грохот захлопнувшейся двери его спальни, Мари облегченно вздохнула. Теперь весь вечер принадлежит только ей, она может делать все, что захочет.
На следующий день около полудня Мари звонила в дверь Люка. Она не пожалела времени, чтобы как следует одеться, сделать макияж и даже подкрутить волосы. Она ждала, когда Люк откроет, довольная тем, что еще не разучилась приводить себя в божеский вид. С тех пор как она взяла на себя заботу о Джейсоне, ей не на кого было производить впечатление. Не станешь же заигрывать с каким-нибудь его долговязым приятелем!
Что касается Люка, тут игра была честной. Вчера Мари чувствовала себя не совсем уютно рядом с ним. Он выглядел прямо-таки красавчиком с рекламного щита. Правда, от него не разило дорогим одеколоном, но тем сильнее бросалось в глаза природное мужское начало. Все ее женское естество было готово устремиться на мощный зов плоти Люка. В очередной раз она позабыла о всяком инстинкте самосохранения.
