Нешуточные страсти разыграются на встрече бывших одноклассниц и одноклассников пятнадцать лет спустя. А если при этом иметь в запасе всякие полезные мелочи, то можно получить неоспоримое преимущество над соперницами в последней и решительной битве за любимого! Одного или даже нескольких сразу. Хотя, как говорится, на всякое действие, включая магическое, всегда найдётся противодействие.
Стылый допотопный вагон пригородной электрички мерно покачивало на, казалось, бесконечном перегоне.
За несколько последних столь же однообразных, как и густые сумерки за окном, лет Настя почти возненавидела эти убийственные, безостановочные километры, скрадывающие время, точно корова языком.
Пассажиров было немного, какие-то старушки с вечным садовым инвентарём, а то бы он им пригодился в феврале, несколько подвыпивших подростков, взахлёб рассказывающих пошлые анекдоты своим чуть более трезвым подружкам, интеллигентного вида мужчина, погруженный в изучение каких-то бумаг, как раз через проход от неё. В углу наркоманского вида небритый парень, перебирающий воздух губами — в тёмных очках, в накинутом по самые стёкла капюшоне. Провода, уходящие тут же вглубь, под куртку, свидетельствовали, что и уши он заткнул, напрочь отгородившись от всего остального мира. И ещё где-то в хвосте вагона уставшие от беспросветной тягучей жизни одинокие «мадамы» и «мамзели».
Почему одинокие? Да кто же в этот час в пятницу возвращается с работы из города?!
Дверцы тамбура разъехались в разные стороны, а в проёме обозначилась торговка, дородная рыжеволосая со старомодной, нелепейшей, но вместительной сумкой на боку.
«Тоже, небось, из НИИ выперли…» — решила Настя.
Не успела она так подумать, как тётка посмотрела на неё через весь вагон, и, что самое странное, их взгляды встретились, словно бы сидели одна напротив другой.
«Какие же из научных сотрудниц коммивояжерки? Много же она тут наторгует…» — участливо продолжила мысль Анастасия, в то же время соображая, какого же цвета у этой женщины зрачки.
— Полезные мелочи к празднику! Сделайте приятное себе и любимым! — провозгласила та, и степенно двинулась вперёд.
С удивлением для себя Настя осознала, что глаза незнакомки бездонны.
— Полезные мелочи! Подарите себе и близким на счастье! — услыхала она уже совсем близко.
— А резинки есть? — громко, чтобы все обязательно услышали, осведомился распальцованный подросток.
Нет, собственно брякнул он совершенно иное слово, и Настя его отчётливо разобрала, и вспыхнуло до кончиков ушей, но смысл вопроса от этого ни для кого не поменялся.
— Вам какие, молодые люди?
— А чтоб намертво держались и не лопались! — хохотнул другой, подмигивая приятелям.
— Мальчики! — попыталась утихомирить своих знакомых одна из наиболее сознательных подруг. — Здесь люди!
— И что? Никто из них не знает, для чего нужны презервативы? Может у меня гормоны из ушей!
— Безобразие какое! — заворчала одна из старушек и стыдливо отвернулась от подрастающего поколения, вперившись в мутное вагонное стекло. «Мадамы» и «мамзели» в конце вагона тоже издали какие-то неодобрительные звуки, но с разбитной молодёжью связываться себе дороже.
— Резинки есть, — неожиданно спокойно, ничуть не смутившись, ответила рыжеволосая незнакомка. Полезла в сумку и достала оттуда красивую, словно конфеты на Рождество, коробку. — Вам с каким запахом?
— Можно и без, — озадаченно проговорил распальцованный. — А точно не лопнут?
— Как сказано, держат намертво, — подтвердила та.
— И почём это счастье?
— Да грош ему цена, — усмехнулась рыжеволосая.
— Грош? Это сколько? — не понял он, полез в карман куртки, выгреб какую-то мелочь и засаленные сторублёвые бумажки.
— Не, этого вполне хватит, — женщина сгребла к себе в суму с его ладони все только что извлечённые на свет божий монеты и вручила покупателю коробочку. — Не забудьте прочитать инструкцию перед употреблением, молодые люди! Полезные мелочи товар штучный и только индивидуального пользования, — напутствовала она.
— Да чего там, дело знакомое, — осклабился озабоченный гормонами. — Инструкции у нас читают только программисты, да и то, если ничего больше не помогает.
— Дело ваше. Другая бы спорить стала, а я всегда, пожалуйста!
— Так что у вас есть и в какую цену? — вдруг спросил сосед Насти, доселе копавшийся в документах, но вот уже с минуту не без интереса наблюдавший всю эту сцену, впрочем, как и она.
— Полезные мелочи к празднику! На счастье и совсем недорого! — отозвалась рыжеволосая, нависая грудью над интеллигентом. — Вы у нас кто по гороскопу? Я думаю, что Рак. Угадала?
— В самом деле. И жена тоже.
— Тогда вот вам сувенир, — моментально отреагировала женщина и, порывшись в старомодной плетёной, как выяснилось при близком рассмотрении, сумке, вытащила оттуда за веерообразный хвост огромную, должно быть с ладонь, золотисто-зеленоватую креветку.
Мужчина отшатнулся, а Настя так вовсе взвизгнула, членистоногое выглядело натурально.
— Да вы потрогайте, он не кусается!
— Изящная работа, — нашёлся Настин сосед, взяв себя в руки, да собственно и рака тоже, поскольку рыжеволосая дама протянула ему поделку, можно сказать, всучила. — Я, пожалуй, возьму на счастье, — улыбнулся он.
— Товар штучный и только для личного пользования, — ещё раз отметила женщина.
— Сколько грошей с меня? — сострил он, давая тем самым понять, что не оставил без внимания предыдущий диалог.