Счастье за углом полностью

Иви помотала телефоном.

— Дельта говорит, что теперь нужно смазать противень смальцем и выложить на него бисквиты.

Мы выложили.

— Теперь их нужно поставить в духовку на двадцать минут и подождать появления золотистой корочки.

Самый жуткий этап. Я посмотрела на новую плиту, большую, массивную газовую плиту из нержавеющей стали, и у меня задрожали руки. Я чуть не уронила противень. Томас спас меня:

— Почту за честь, — сказал он, забрал у меня бисквиты, поставил в духовку и хлопнул дверцей.

— Бисквиты! — слабым голосом объявила я и зааплодировала. — Впервые за прошедшие двадцать лет в этот доме снова пекутся бисквиты по рецепту бабушки Нэтти!

Иви щелкнула телефоном.

— Дельта говорит: не расстраивайся, если с первого раза не выйдет. Она говорит, что в бисквитах живет магия, и они не получатся, пока та же магия не появится у тебя в руках.

— Что же тут может не выйти?

Двадцать минут спустя Томас вынул из духовки идеально-золотистые бисквиты. Как повар и наследница бисквитного трона Нэтти, я первой попробовала результат.

Во рту оказалась мучнистая корочка и горячее, сырое, тягучее тесто. Я выплюнула бисквит.

— Черт. У меня не получится. Я боюсь духовки, я не умею готовить, и я ни с чем никогда не справлюсь!

Одной необдуманной фразы хватило, чтобы Кора расплакалась. Иви спрыгнула со стойки и подскочила ко мне.

— Так это мы виноваты, да? Ты не знаешь, как быть матерью, а виноваты в этом получаемсямы.

Я подняла руки.

— Нет, нет. Честное слово, я расстроилась из-засебя, не из-за вас. Я не хотела…

— Ага. Ну да. Как же. — Иви схватила Кору за руку, и девочки ушли к себе.

— Давай я с ними поговорю, — сказал Томас. Он ушел к расстроенным девочкам. Я схватила телефон и набрала Дельту.

— Я все время все порчу. Только что неправильно выразилась, а в итоге у девочек нервный срыв. Даже бисквиты, и те не получаются. Мои бисквиты дрянь. И это знак.

Она фыркнула.

— Ну а чего ты ожидала? Чудо за одну ночь? Чтобы создать семью, нужно время. Так и с бисквитами. Если у тебя на сердце неспокойно, это сказывается. А вот когда ты в себя поверишь, бисквиты тут же это почувствуют. И девочки тоже.

Судя по всему, мне предстоял долгий путь.

Я вдруг оказался главой маленькой растрепанной семьи. Семьи из двух подавленных, неуверенных маленьких девочек, которых никто не учил доверять отцу, хаотичного набора спасенных животных и маниакально-депрессивной бывшей кинозвезды, которую я любил больше жизни, несмотря на то что она постоянно билась в истерике по любому поводу. Детали обновления дома, наши отношения, счастье девочек, ее неспособность справиться с простым, но крайне важным для нее искусством приготовления съедобных бисквитов — все причиняло ей боль.

Несмотря на холод зимних ночей в горах, мы с Кэти каждую ночь занимались любовью в амбаре. После того как дети и животные засыпали, мы кувыркались в сбитом гнезде квилтов и спальных мешков. Она уговаривала меня жить в доме, там ведь все-таки было три спальни — для нее, для девочек и для гостей. Но я не хотел испытывать терпение миссис Ганзы.

— Однажды ты замерзнешь насмерть в этом амбаре, — протестовала Кэти.

— Нет, я разведу костер из досок, которые вынес из дома, раз уж ты все равно не собираешься разжигать камин в гостиной, вся поленница по праву принадлежит мне.

Она побледнела.

— Я пока не готова к огню в моей собственной гостиной.

Я привлек ее к себе.

— Попытайся. Хоть раз. Я буду с тобой. И ничего плохого не произойдет. Клянусь. — Пустое обещание. Ни один мужчина не может защитить любимых от всех превратностей судьбы. Я до сих пор не мог смириться с этим фактом. Я не смог спасти Шерил и Этана, о чем я думал, обещая такое Кэти и девочкам? Но я сказал это вслух, потому что хотел в это верить. Я хотел попытаться.

Она спрятала лицо в изгиб моей шеи и задрожала.

— Ладно. Огонь. Договорились.

Когда горный хребет окутался снегом, я принес охапку дров в гостиную коттеджа. Сейчас там был уютный, хотя и холодный, склад кожаных диванов, толстых турецких ковров, дубовых столиков, свернутых занавесок и ламп, которые вдали электрических розеток. Я начал складывать поленья в топку заново прочищенного камина. И вскоре почувствовал спиной внимательный взгляд, а повернув голову, увидел Кэти, которая с откровенным ужасом наблюдала за моими действиями. Рядом нетерпеливо переминалась Кора, которую обнимала за плечи суровая Иви. Кэти, одетая в линялый мешковатый комбинезон, полосатый свитер и один из фартуков Дельты с «неисповедимыми рецептами», сжимала в руках огнетушитель. Щенки и кошка устроились у ее ног. Иви и Кора тоже были в комбинезонах и полосатых свитерах. Моя полосатая стайка испуганных девочек. Если Кэти чего-то пугалась, девочки сразу ловили ее настроение. И как бы Кэти ни пыталась ради них скрывать свои фобии, инстинкты Коры и Иви не ошибались.

— Ты уверен, что дымоход в рабочем состоянии? — спросила Кэти.

— Совершенно уверен. Чистый, без щелей, и тяга в нем как в аэродинамической трубе. Идеально.

Кора просительно посмотрела на нас.