Счастье за углом полностью

— Нет. Нет, это идеальное решение! — Изумленные глаза Иви распахнулись еще шире. Я кивнул Кэти, которая с тихой улыбкой наблюдала за нами. — Все так просто. Я слишком усложнял задачу. А нам достаточно всего лишь равномерно расширить края дома. Открыть комнаты по бокам, вытянуть дом в стороны. Интерьер центральной части дома останется почти неизменным. Все новое будет в пристроенных крыльях.

— Включая ванные? — спросила Кэти.

— Включая ванные. — Она и девочки рассмеялись. — Наш изначальный дом обшит досками, поэтому фасады новых крыльев останутся каменными. Благодаря контрасту взгляд сразу будет фокусироваться в центре, на старом коттедже. — Я вскочил на ноги, руками рисуя в воздухе очертания новых крыльев. — Добавим вечнозеленые кустарники перед домом — там, вот там и вот здесь, — отчего дом сохранит целостность. Иллюзия подчеркнет оригинал, оттенит его образ.

Кэти присвистнула.

— Красота со всех сторон. Очень хочется посмотреть, что выйдет.

Я посмотрел на Иви.

— Хочешь помочь мне с эскизом?

— А можно?

— Нужно. Это ведь твой дизайн, тебе и оценивать его выполнение. Мы перенесем чертежную доску в гостиную, там освещение лучше. И поставим рядом второй стул.

— Здорово!

Кора выглядела немного потерянной.

— Эй, — мягко сказала ей Кэти. — Иви может помогать Томасу с его планом, но как только появятся новые комнаты, мне будет нужна твоя помощь. Их нужно обставить и украсить. Так что давай поищем идеи в журналах по домоводству, а?

Кора просияла.

— Мне нравится подбирать цвета!

— Отлично. Значит, все решено. — Кэти отсалютовала мне. — Команда домика Нэтти готова к строительству, сэр.

Я отдал честь и махнул рукой в сторону дома.

— Сначала обед и домашние задания. А потом нарисуем пару эскизов.

Девочки убежали в дом.

Кэти взяла меня за руку, ее взгляд не оставлял и тени сомнения, что сегодня она проведет со мной ночь в амбаре, несмотря на наблюдающего козла.

— Девочкам нужно было почувствовать, что это их дом тоже, не только наш. И ты это сделал. Спасибо. Может, мы наконец поймем, как стать им настоящими родителями.

Я поцеловал ее.

— Может, нам нужно еще немного козлиного вдохновения. Представь, что случится, если мы купим Бэнгерустадо. Что скажешь?

Она задумалась на секунду, потом ответила.

— Это даже не просто «нет». А «ни за что на свете».

Расчистка пути

Вскоре у нас появился эскиз. Тот, что понравился и мне, и Томасу и к которому девочки добавили многое от себя. Мы были готовы к строительству.

Холодным мартовским утром я проснулась от веса двух девочек, двух щенков и кошки, забравшихся ко мне на кровать. Прошлым вечером они слишком распрыгались, чтобы сразу заснуть, и остались со мной. А я всю ночь обнимала их, прижимала к себе. Для уюта. Моя ночь прошла почти без сна, с одними намеками на кошмары. Руки дрожали. Эмоционально я была разбита, я хотела забыть, кем я была и как выглядела. Но девочки спали крепко. И мне опять удалось скрыть от них свои переживания. Им не нужно знать, что для меня значит эта дата.

Я вдохнула аромат кофе, выскользнула из постели, оделась и на цыпочках ушла на кухню. Томас обычно будил меня, пробираясь в дом и заваривая кофе. В то утро его забота и запах молотых зерен были мне особенно приятны.

В первую годовщину моей аварии.

Томас стоял возле раковины, спиной ко мне. Я застыла в дверях, наслаждаясь видом. Фланель и вельвет, стильная стрижка, широкие плечи, отличная задница, ни капли водки с января и океан надежд. Не думай о том прошлогоднем дне. Я хотела выпить свой утренний кофе с Томасом, хотела почувствовать его сильные руки, его медленный поцелуй.

— Доброе утро, — сказал он. И дал мне полюбоваться своими руками, когда наливал в две кружки из «Старбакса» свежий кофе из старого кофейника, который купил на блошином рынке в Тартлвилле. Потом медленно обернулся.

И я увидела его бритое лицо.

— В честь новых начинаний, — объяснил он, наблюдая за моей реакцией. — Сегодня стоит отпраздновать нашу новую внешность.

Каштановой бороды больше не было, усов тоже. Впервые со дня нашего знакомства я могла рассмотреть его высокие скулы, волевой подбородок и потрясающую родинку в правом углу чувственного рта. Он прикоснулся к ней пальцем.

— Хотел показать тебе фирменную метку Меттеничей.

— Знак победителя, — сказала я, улыбаясь сквозь слезы. Он хотел сделать мне приятное. Сказать, что перемены к лучшему, дажемои перемены, мои шрамы, хотя я никогда не смогу с ними смириться. Мне так хотелось поверить, что он считает меня красивой даже сейчас.

Но я никогда не смогу.

Тем вечером закат залил Хог-Бэк расплавленным золотом. Томас, девочки и я стояли у серой канавы с только что залитым фундаментом нашего нового дома.

— Видите, девочки? — спросил Томас, показывая на белые трубы, торчащие из цемента. — Канализация. Эта труба для ванной, эта для туалета, а эта для новой кухни. Я смирился с модернизацией дома. По крайней мере, в его новых крыльях. Но давайте запомним, как дом выглядел до этого дня.