- Кажется, опять едем, - улыбнулась царевна. – Не думала, что в моей жизни настанет время приключений. Впрочем, первые пятнадцать лет были совсем скучными…
Они удобно расположились на ближайшей телеге, в которой находились холщовые мешки. Задремали под равномерный стук колес. Проснулись, когда дверь крытого вагона с грохотом захлопнулась. Состав стоял. Снаружи слышались голоса рабочих, обсуждающих ротозеев, не запломбировавших вагон. Поезд остановился ненадолго, и уже через несколько минут путешественники с облегчением выдохнули, почувствовав движение. Вагон не был глухо запечатан, сквозь многие щели просачивался свет, давал возможность видеть силуэты друг друга и предметов.
Павел раскрыл пакет, полученный в буфете. Запахло сдобой. Не сказать, что это были самые вкусные пирожки в его жизни, но настроение быстро улучшилось. Вера начала рассказывать о событиях прошедшего года. Она старалась сдерживать эмоции, но Павел чувствовал, как нелегко ей далось осознание краха самодержавия и ареста. Но самое большое потрясение девушка испытала, когда позволила себе поверить в гибель любимого человека. Павел не видел ее слез, но ощущал их на своей щеке, когда, не справившись с собственными чувствами, обнял царевну, коснулся ее мягких солоноватых губ. Вера всхлипнула, прижалась к великому князю. Подняла заблестевший в полутьме кошачьим отсветом взгляд.
«Не в вагоне же!» - твердо приказал себе Павел, осторожно обнимая невесту, не позволяя себе намеков на большее. Впрочем, совсем спокойным он себя не ощущал и это неожиданно порадовало молодого человека. Разговор пришлось срочно переводить на отвлеченную тему.
На станциях в неплотно закрытый вагон регулярно заглядывали работники путей и обходчики. Вера с Павлом прятались между телегами, демонстрируя чудеса акробатики. Ночь прошла в перестуке колес, рваных резких движениях, когда состав зачем-то загоняли на запасные пути.
Поутру Павел с силой отодвинул тяжелую дверь. Высунулся в образовавшуюся щель, жмурясь от солнечного света. Издалека прочитал название полустанка. По всему выходило, что находились они совсем недалеко от Самары. Увидев приближающихся рабочих, Павел шагнул между вагонами. Подслушанный разговор великому князю не понравился – люди решили на следующей станции наглухо запломбировать вагон, иначе в конце пути груз могли забраковать. Недолго думая, Павел разбудил Веру и быстро объяснил ситуацию. Они успели скинуть свою поклажу на землю, когда состав медленно тронулся. Павел решительно спрыгнул и протянул руки.
- Прыгай, Вера.
В светлых глазах царевны промелькнул страх. Она присела на корточки, вцепившись в дверь, но не смогла разжать пальцы. Павел быстрым шагом двигался рядом, понимая, что ближайшие секунды решат все.
- Ты мне веришь? Прыгай!
Вера вдруг встряхнула волосами и сильно оттолкнулась от пола, бросившись прямо в руки великого князя. Он покачнулся, но удержался на ногах – девушка оказалась совсем легкой.
От радости горячо поцеловал измазанное чем-то темным личико.
- А ты смелая, дорогая.
Вера нервно засмеялась.
- Я так часто не могла этого сделать – в своих снах.
Она внимательно посмотрела на Павла и покачала головой.
- Мы похожи на чертей.
Путешественники, действительно, основательно перемазались в угольной пыли – по-видимому, мешки в телеге, приютившей их на ночь, использовались для переноса угля. Павел попытался вытереть грязными ладонями лицо, но размазал по себе черный налет еще больше. Вера критично осмотрела себя. Форма уж точно пришла в негодность. Великий князь напоминал арапа, сама же девушка выглядела почти пристойно, если не считать черных полос на щеках и вокруг глаз.
- Какие мы страшные, – хохотнул Павел и огляделся.
Недалеко, на насыпи, лежали их вещмешки – на удивление чистые. Молодой человек припомнил, что сложил поклажу рядом с дверью. Наверное, это было единственное не присыпанное угольной крошкой место в вагоне. Оставив попытки хоть как-то привести себя в приличный вид, Павел предложил продолжить путь. Если он правильно запомнил карту, то за лесной полосой должна быть речка.
Путники довольно резво преодолели негустое скопление деревьев, вышли на некошеный луг. Свежий ветерок принес запах мокрого песка, воды и каких-то речных растений. Желание умыться прибавило сил.
На берегу неширокой речки несколько мальчишек, пыхтя, вытаскивали на сушу лодку. Увидели приближающихся людей в грязной военной форме, оставили свое занятие, уставились круглыми от испуга глазами. Потом пронзительно, по-девчоночьи, завизжали и бросились наутек, ломая ивовые кусты.
- Эй, вы куда? - крикнула было вдогонку Вера, но посмотрев на Павла, прекратила это неблагодарное занятие. Было понятно, что своим видом они напугали детей до полусмерти.
- Вот и не верь после этого в чертей, - рассмеялся Павел, любуясь на свое отражение в воде.
Кое-как отмыли лица. Угольные разводы остались, но с нечистью сходства больше не наблюдалось. Павел столкнул лодку на воду.
