Молодые князья Бахетовы вообще сильно интересовали кружок маленьких великосветских сплетниц. Приглушая голос, поминутно оглядываясь на двери, пока в комнате не было взрослых дам, самая “знающая” из девочек, черноглазая Кати, рассказывала истории про старшего из братьев - Бориса, высокого темноволосого красавца с решительным лицом. Он не был похож на романтичного героя, не изображал томность и скуку, напротив, шумно кутил, с удовольствием посещал все театральные премьеры, и – вы подумайте только! – не скрывал любовницы, какой-то модистки из мещанок, которую не стыдился брать с собой в рестораны и театры. И никаких следов отверженной любви к недоступной аристократке! Зато младший князь Бахетов полностью отвечал изощренным вкусам тринадцатилетних барышень. Инна слушала восхищенные вздохи и недоверчиво поглядывала на приятельниц. По их словам, Иммануил был просто ангелом, которого непонятно по каким причинам отправили на грешную землю. Видимо, для того, чтобы он вдоволь настрадался и проникся людскими грехами. Из шепота Кати можно было разобрать, что невыносимой красоты юноша с трудом избежал «какого-то скандала с дамским костюмом, который якобы желал надеть на маскарад», что пел проникновенные романсы с такими чувствами, что у всех «мурашки по спине, а некоторые и сознания лишались». А еще на некой конной прогулке сопровождали его таинственные кавалеры из посольства… А еще… А еще… На самом патетическом моменте обязательно появлялась англичанка. Инна незаметно трясла косами, пытаясь выбить из головы глупые россказни, и замечала странно улыбающуюся Натали. Ни разу великая княжна, известная шутливыми репликами, ни сделала ни одного замечания в своем стиле о младшем князе Бахетове, с которым была дружна.
Инес князьями Бахетовыми поневоле заинтересовалась и как-то спросила о них старших братьев. Владимир и Андрей переглянулись.
- Меньше бы ты думала на эту тему, Инес, - выговорил Володя с той же странной улыбкой, что видела Инна на лице Натали.
Братья умело выпытали из Инны все фантазии, которые витали в юных девичьих головах. Андрей смеялся, Володя пристально рассматривал слегка смущенную сестру.
- Князь Борис Бахетов достойный человек, Инес, - наконец, ответил Владимир. – Не из ваших… таинственных и загадочных. А что до модистки… У многих холостых молодых людей есть девушки на содержании.
Инна молча кивнула. Да, она знала. И была благодарна брату за то, что он сказал «холостых», ибо подозревала, что и в семейной жизни многих мужчин случались неоднозначные знакомства.
Она так и не получила никакой информации о младшем Бахетове. Братья пытались что-то сформулировать, но, видимо, все слова были не для озвучивания тринадцатилетней сестре. Наконец, Андрей устало выговорил:
- Вы ошибаетесь в оценке личности Иммануила. Он другой. Но это сложно объяснить. Просто не слушай своих подруг, Инес.
Именье Ай-Тодор в Крыму располагалось между Ливадией и Кореизом. Инна не представляла себе места прекраснее – стены величественного дворца увивали розы и глицинии, синее море манило теплой глубиной, парк радовал дивной зеленью. Здесь Инес пользовалась относительной свободой, часто ее сопровождала лишь дальняя родственница, отзывчивая и добрая, к тому же любящая гимнастику и оттого вполне годная и к долгим конным прогулкам, и к пешим путешествиям в горы, и к плаванию. Инна называла почтенную даму «мадам Аннет» и держалась с ней запросто.
В тот день Инна увлеклась прекрасными видами дальних вершин. Ей казалось, что вот-вот начнется подъем вверх, и тогда с легкой душой можно будет поворачивать обратно. А дорога все вилась, проторенная и удобная для прогулки, и легкий ветерок так приятно освежал лица. Лошади шли смирно, мадам Аннет увлекательно рассказывала о Париже…
Вдруг на дорожке, из-за густых зарослей, сопровождаемый треском сломанных веток, появился всадник на породистом гнедом жеребце. Мужчина был в феске и татарском национальном платье – тонкой рубахе с косым воротом и поверх нее – бархатной, шитой золотом безрукавке, в широких суконных шароварах, подпоясанных ярко-зеленым кушаком. Костюм сидел на изящной фигуре очень ладно, но с оттенком некой маскарадности, что сразу отметила наблюдательная Инна.
- Mon Dieu, un Circassien! - воскликнула мадам Аннет, смеясь своей находчивости.
Всадник учтиво приложил руку к феске и немедленно отозвался свежим звучным голосом, выдающим молодость его обладателя:
— Ne craignez rien, madame.**
Инна улыбнулась, вежливо склонила голову, повернула лошадь в обратный путь, уступив дорогу к вершинам незнакомцу, заметив лишь мерцающие под феской светлые глаза и свободно-небрежную посадку. Все в молодом человеке выдавало принадлежность к знати.
- Экий персонаж! – восхищалась породистым встречным мадам Аннет всю дорогу домой, путая и смущая мысли юной княжны.
Вскоре Инна забыла про случай на прогулке, привлеченная старшими братьями к морским катаниям. А через неделю вся семья Инес отправилась с визитом к соседям, в Кореиз. Соседями по имению были князья Бахетовы.
