- Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Иммануил, замечая бледность и трогательную тонкую шею в вырезе батистовой ночной рубашки. Инес улыбнулась той особенной улыбкой, которой в последнее время отвечала на подобные вопросы. Князь присел на кровать.
- И ела ли что-нибудь?
Инна устроила голову на его плечо.
- Не хотелось, – виновато выговорила негромко. – Все мое положение, постоянно нездоровится. Но это пройдет, я уже не обращаю внимания.
Иммануил не захотел мириться с ситуацией, нашел горничную жены, послал ее за питьем и закусками. Княгине было предложено несколько блюд, и опытным путем Иммануил выяснил, к чему жена была склонна в данный момент. Подшучивая над неправильностью своих действий, супруги установили тарелки прямо на кровати. Инес отложила в сторону недочитанный роман и обхватила изящными пальчиками бокал с прохладным напитком из сока апельсина и слабого чая, с добавлением мяты и капельки меда. Иммануил кормил супругу ананасом и соленым кавказским сыром, удивляясь, как это вообще можно есть в таком сочетании. Но Инна повеселела, на впалых щеках появился легкий румянец, глаза заблестели. Молодая княгиня уселась поудобнее, обняла мужа за талию.
- Вот видишь, ma ch'erie, - целуя шелковистые пряди у висков, заметил Иммануил. – Нужно было просто покушать.
- Расскажи, - попросила Инес, ожидая подробного отчета о встрече со страшным мужиком.
На некоторое время Иммануил совсем выпустил из виду знакомство с Заплатиным – занятия в Пажеском корпусе требовали времени и усилий, регулярные посещения госпиталя и распоряжения насчет приготовления усадьбы в Крыму к приему выздоравливающих не оставляли порой ни одной свободной минуты. К тому же Инна вдруг заболела корью. Иммануил, переживший недуг в раннем детстве, взялся ухаживать за женой. Опасение за здоровье ее и ребенка отнимали последние силы. К счастью, болезнь отступила, и в конце марта Инна родила здоровую малышку. Матушка и великая княгиня Катерина Николаевна в два голоса утверждали, что для хрупкого сложения и общего состояния Инна родила на удивление быстро и хорошо, но Иммануил, почти сутки не присевший, чутко прислушивающийся к любому звуку из спальни жены, то в оцепенении от волнения, то бегающий от доктора к родителям, признался, что это был самый тяжелый день в его жизни.
Малышка родилась крупненькая, горластая, сразу оповестившая о своем появлении весь дворец. Иммануилу, по традиции, дали полюбоваться спеленутой куколкой, украшенной ярко-розовыми лентами. Молодой отец, умилившись до слез, нежно поцеловал тонкую руку Инны и пушистенькую красную щечку дочки. Несколько дней Иммануил размышлял о нелегком процессе рождения человека на свет и решил больше не подвергать супругу таким испытаниям, а дочь беречь, как зеницу ока.
В небольшой домовой часовне бахетовского дворца новорожденную княжну окрестили, назвав Ириной. Крестными стали вдовствующая государыня Ольга Александровна и приехавший из Ставки на несколько дней государь Федор Николаевич. Иммануил сразу обратил внимание на постаревшего монарха и, вопреки радостному событию, тревога закралась в его сердце.
Великий князь Павел навестил молодых родителей лишь в начале лета, в зеленом и тихом Архангельском. Подержал на руках веселого младенчика, запутался в комплиментах молодой матери, а потом увел Иммануила на длительную прогулку, во время которой посвятил друга в печальные события – война проигрывалась по всем фронтам, а государь слабел от каких-то препаратов, которыми его старательно потчевал чудо-лекарь Тамаев. Противоречивые военные приказы породили глубокий конфликт государя и главнокомандующего. К счастью, с наступлением тепла Еремей Заплатин вдруг решил набраться святости и отправился в путешествие на землю обетованную, в Иерусалим. Страсти вокруг недостойного поведения мужика немножко поутихли.
Инес провела лето на водах в Карловых Варах, поправляя расстроенное после родов здоровье. Малышку поручили заботам матушки Варвары Георгиевна и Катерины Николаевны. Обе дамы были без ума от крошечной внучки и организовали ей безукоризненный уход. Иммануил с головой погрузился в работу своего госпиталя, с полного одобрения великой княгини Елены Александровны, ставшей настоящей духовной наставницей князя.
По осени восстановившаяся семья, с приехавшей из-за границы повеселевшей Инной, отправилась в Крым. Иммануил пробыл там недолго, проверил санаторий в Балаклаве и с ощущением выполненного долга вернулся к началу занятий в Пажеском корпусе.
Приглашение к Заплатину он получил через три дня. Даже и не удивился, догадавшись, что у «старца» существовали свои информаторы. Прихватил гитару, собираясь «порадовать» мужика несколькими разученными за лето цыганскими романсами. Следовало уже вплотную заняться провидцем, выведать его тайны. Из Ставки Иммануил получал короткие записки от Павла – государь вел себя все противоречивее, да и нестабильное состояние его здоровья заставляло родственников искренне волноваться.
