Командор Донахью твердо произнес:
— Советник Старр, мой корабль спасли вы.
— Благодарность заслужил Паннер. Я думаю, что половина устройств скреплена медной проволокой и рыбьим клеем, но они могут работать.
— Вы прекрасно знаете, что я имею в виду, советник. Вы привели нас на Юпитер Пять, когда все были в панике. Все это я доложу в подробностях военному трибуналу, перед которым мне предстоит предстать на Земле. Ведь я отверг ваше предложение о сотрудничестве на Юпитере Девять.
Лаки покраснел в замешательстве:
— Нет нужды упоминать об этом, командор. Как известно, советники избегают публичной рекламы. Что касается официального отчета, то вы командовали все время. О каких-либо моих действиях нет нужды упоминать.
— Невозможно. Я не могу приписывать себе ваши заслуги.
— Вам придется сделать это, сэр. Это приказ. И перестанем говорить о военном трибунале.
Командор Донахью встал с какой-то гордостью.
— Я должен предстать перед военным трибуналом. Вы предупреждали меня 0 сирианитском агенте, но я не внял предостережениям. Результатом была диверсия на моем корабле.
— Здесь есть и моя вина, — холодно произнес Лаки. — Я был на корабле и не смог предотвратить несчастье. В любом случае, если мы обнаружим диверсанта, вопрос о военном трибунале не возникнет.
— Диверсант, конечно, робот, о котором вы меня предупреждали, — сказал командор, — как же я был слеп!
— Боюсь, что вы до сих пор не все видите. Это был не робот.
— Не робот?
— Робот не мог причинить вред людям, нарушив первый закон.
Командор нахмурился в раздумье:
— Может быть, он не осознавал, что причиняет зло?
— Каждый, находящийся на корабле, включая гуманоидов, сознавал, что полностью зависит от особенностей антигравитационного корабля. Робот должен был знать, что причиняет вред. В любом случае мы найдем диверсанта. Сейчас или через некоторое время.
— О? Кто же он, советник Старр?
— Ну, подумайте немного. Если человек повредил корабль так, что надежды на спасение не остается, то он либо сумасшедший, либо фанатически предан своему делу, чтобы остаться на борту корабля.
— Я полагаю, что это именно так.
— Со времени старта с Ио давление воздуха на корабле не понижалось — барометр отмечает все подобные понижения. Следовательно, корабельный люк не открывался. Диверсанту не было нужды возвращаться на корабль. Он все еще на Ио, если его еще не вывезли.
— Как его могли вывезти? Ни один корабль кроме нашего не может сделать этого.
Лаки невесело усмехнулся.
— Ни один земной корабль.
Глаза командора раскрылись.
— Но ведь и ни один сирианитский корабль.
— Вы уверены?
— Уверен. — Командор нахмурился. — Подождите, ведь о своем присутствии на борту каждый член экипажа рапортовал дежурному перед стартом с Ио. Мы не двинулись с места, пока каждый не подтвердил свое присутствие.
— В таком случае сейчас на борту все.
— Полагаю, так.
— Что ж, — сказал Лаки, — Паннер приказал всем быть на своих местах. Следовательно, во время испытательного полета мы можем проверить каждого человека. Вызовите Паннера и узнайте, нет ли отсутствующих.
Командор Донахью повернулся к интеркому и вызвал Паннера. Некоторое время никто не отвечал, затем послышался бесконечно усталый голос Паннера.
— Меня отвлекли, командор. Проверка прошла успешно. Мы можем взлетать. Если нам повезет, то скоро мы вернемся на Юпитер Девять.
— Очень хорошо, Паннер. Ваша работа будет должным образом оценена. Кстати, все ли на своих местах?
Лицо Паннера на экране интеркома, казалось, застыло.
— Нет! Во имя пространства, я хотел сказать вам, мы не можем найти Саммерса.
— Рэд Саммерс! — вскричал Бигман. — Это он, Лаки! Клянусь, это он.
— Одну минуту, Бигман, — прервал его Лаки. — Доктор Паннер, вы хотите сказать, что его пет на своем месте?
— Его нет нигде. Не будь это невероятно, я бы сказал, что его нет на корабле.
— Спасибо, — Лаки потянулся, чтобы отключить контакт. — Ну, что, командор?
— Послушай, Лаки, — вскинулся Бигман, — я как-то говорил тебе, что встретил Саммерса, выходящего из машинного отделения. Что он там делал?
— Теперь мы знаем.
— Мы знаем достаточно, чтобы схватить его. Командор побледнел от гнева. — Мы совершим посадку на Ио…
— Подождите. — сказал Лаки. — У нас есть нечто более важное. чем предатель.
— Что?
— Проблема робота.
— Может подождать.
— Я думаю, что нет. Командор, вы сказали, что все рапортовали о своем присутствии на корабле перед стартом с Ио. Если это так, то один из рапортов был ложным.
— Ну?
— Я думаю, мы должны попытаться найти источник фальшивого рапорта. Робот, конечно, не мог повредить корабль, но помочь человеку незаметно с него исчезнуть, особенно если он не знал о неполадках, мог.
— Вы полагаете, источником фальшивого рапорта и виновником бегства Саммерса был робот?
Лаки помолчал. Он боялся преувеличить надежду и спугнуть удачу, однако доводы казались неотразимыми.
— Мне кажется, что это так, — медленно произнес Лаки.
— Майор Левинсон, — медленно сказал командор Донахью. Его глаза потемнели. — В это невозможно поверить.
— Невозможно поверить во что?
