— Что он робот. Этот человек принимал участие в работах. Я знаю его хорошо и, клянусь, он не может быть роботом.
— Мы спросим его об этом. И еще одно. — Лаки выглядел угрюмым. — Не обвиняйте его и не спрашивайте, робот ли он, не дайте почувствовать ему, что он находится под подозрением.
Командор выглядел удивленным:
— А почему бы и нет?
— У сирианитов есть способы защиты своих роботов. Обвинение может привести в действие скрытый взрыватель, встроенный в робота.
Командор вздохнул, не сдержавшись:
— Во имя пространства!
Майор Левинсон был взволнован, как и все на борту «Луны Юпитера», но стоял по стойке смирно и четко сказал:
— Слушаю, сэр.
— Советник Старр имеет к вам несколько вопросов, — осторожно произнес командор Донахью.
Майор Левинсон повернулся к Лаки. Это был высокий блондин с голубыми глазами и узким лицом. Его рост превышал даже рост Лаки.
— Все члены экипажа докладывали о своем присутствии на борту корабля перед стартом с Ио, а вы принимали рапорты. Это так, майор? — спросил Лаки.
— Да, сэр.
— Вы видели каждого человека персонально?
— Нет, сэр. Я пользовался интеркомом, и все отвечали со своего поста или каюты.
— Но вы слышали голос каждого? Голос со всеми его особенностями?
Майор выглядел удивленным.
— Наверное так, на самом деле такие вещи не запоминаются.
— Тем не менее, это очень важно, и я прошу вас вспомнить.
Майор нахмурился и наклонил голову:
— Нет, подождите. Насколько я помню, Норрич ответил за Саммерса, поскольку тот был в ванной. — Затем с внезапной вспышкой удивления: — Постойте, ведь сейчас разыскивают именно Саммерса!
Лаки поднял ладонь.
— Это не имеет значения. Вы не могли бы найти Норрича и привести его сюда?
Вскоре Левинсон ввел Норрича, выглядевшего очень смущенным.
— Командор, кажется никто не может найти Рэда Саммерса. Что с ним случилось?
Лаки опередил ответ командора:
— Мы пытаемся выяснить. Вы рапортовали о присутствии Саммерса на борту во время проверки перед стартом с Ио?
Слепой инженер покраснел и тихо сказал:
— Да.
— Вы сказали майору Левинсону, что Саммерс находится в ванной. Был ли он там?
— Ну… нет, не был, советник. Он выскочил на минуту из корабля, чтобы забрать что-то из оставленного оборудования. Он не хотел, чтобы командор его отругал и просил меня покрыть его. Сказал, что вернется задолго до старта.
— Он вернулся?
— Я… я думал… мне показалось, что он вернулся. Мэтт рявкнул и я подумал…
Во время старта мне нечего было делать, и я пошел вздремнуть, а потом произошла эта неприятность в машинном отделении и думать о чем-то другом не было времени.
Из центрального интеркома внезапно раздался голос Паннера:
— Внимание! Все на свои места! Общая готовность к взлету!
«Луна Юпитера» вновь была в пространстве, отталкиваясь от мощных гравитационных полей Юпитера с силой, доступной пяти обычным кораблям. Паннер мрачно размышлял над тающими запасами энергии.
— Похоже, я вернусь только с семьюдесятью процентами первоначального запаса энергии, когда их могло быть восемьдесят пять или девяносто. А если придется садиться на Ио и взлетать, то не останется и пятидесяти. Я даже не уверен, удастся ли нам еще один взлет.
— Мы должны забрать Саммерса, — ответил Лаки. — И вы знаете, почему.
Глядя на Ио, вновь вырастающую на видеоэкранах, Лаки сказал задумчиво:
— А ведь не так просто будет найти его, Бигман.
— Не думаешь ли ты, что сирианиты действительно забрали его, — ответил Бигман.
— Нет. Но Ио достаточно велика, чтобы скрыться. Если он ушел на обусловленное место встречи, это затруднит поиск. Правда, я рассчитываю найти его на месте посадки. В противном случае ему пришлось бы тащить на себе запасы воздуха, воды и пищи. Кроме того, он вряд ли предполагает, что мы вернемся, поэтому не собирается скрываться.
— Мы должны были проверить тщательнейшим образом этого типа, Лаки! — проговорил Бигман. — Он ведь пытался убить тебя. Зачем было ему это делать, если он не играл на руку сириани-там?
— Все это справедливо, Бигман, но вспомни: мы разыскивали шпиона. А Саммерс не имел доступа к секретным документам. Как только я понял, что шпион — робот, Саммерс стал вне подозрений. В-лягушка зафиксировала его эмоции, следовательно, он не робот и не шпион. Конечно, он мог быть предателем и диверсантом, и я в поисках шпиона-робота не должен был закрывать глаза на такую возможность.
Лаки покачал головой и добавил:
— Кажется, у этой задачи не будет ответа. Если бы кто-нибудь другой, кроме Норрича, покрыл Саммерса, это и был бы наш робот. Беда в том, что Норрич — единственный человек, имеющий убедительно-невинную причину помогать Саммерсу. Они были дружны — мы знаем об этом. Кроме того, Норрич единственный, кто мог остаться искренним в своем заблуждении, что Саммерс вернулся на корабль. Он слеп.
— С другой стороны, он обнаружил эмоции и не может быть роботом, — добавил Бигман.
— Совершенно верно, — кивнул Лаки. — Однако… — он нахмурился и наступило молчание.
