До стана армии идти пришлось два дня. Ларс перестраховался, опасаясь атаки со стороны Крепости. Всюду сновали патрули Прорыва, и каждый с ликованием приветствовал возвращающихся поисковиков.
Благая весть неслась впереди отряда. Безумец жив!
Ларс выскочил из командного шатра практически голый и в таком виде встречал входящих в лагерь солдат.
Увидев Гезеша, церковник завопил от радости и, расталкивая солдат, бросился к нему.
Сердечно поприветствовав старого друга, Ларс завертел головой в поисках остальных. Кивнул Друзу, Джаззи, Паблару, а потом вопросительно посмотрел на фурмагарца:
– Где Родинка?
– Ушел в Колонну… – Ликование схлынуло. Стало невыносимо больно и стыдно. – Не спрашивай!
– Выходит, нас двое осталось, – серьезно покачал головой Ларс. – Вышло шестеро…
– Он жив… Пока. Рыбак тоже жив.
– Знаю. И про Мудрого знаю, и про Медведя… – Церковник повел плечами. – Ну что, значит, идем на Прорыв? Осталось всего ничего!
– Сколько у тебя бойцов?
– Гораздо меньше, чем было. Как погибли Проклятые – начались потери. Большие. Отряды не сработавшиеся, дисциплина хромает. Против вышколенных рыцарей – мясо… Уж не знаю, что было бы, если б мы Бастион штурмом брали…
– А как удалось-то?
– В Умрале отловили пару умерших. Впереди армии отправили небольшой отряд добровольцев, замаскированных под рыцарей. Они ехали с повозкой, в которой лежали спеленутые твари. А в Крепости выпустили… – Ларс усмехнулся. – Погано, знаю, но тут все средства хороши. Главное – цель.
– Нет, – мотнул головой Гезеш. – Неправда… Цель не оправдывает средства!
– Благородство не довело бы нас до последней из северных Башен, – поморщился церковник. – Не будем об этом. Всю грязь я беру на себя.
Лесоруб попытался представить себе чувства рыцарей, оказавшихся в Крепости, заполненной стремительными тварями, касание которых смертельно. Мысли бойцов, вынужденных убивать заразившихся товарищей. Фурмагарца передернуло от ужаса…
– В строй поставить могу тысяч семь-восемь…
– Всего? – удивился Гезеш.
– Мы почти разбиты. – Лицо Ларса скривилось. – Из двадцати тысяч добралось лишь столько. Рыцари – настоящие звери в бою. И профессионалы. А я как-то привык с Легионом сражаться… Там по-другому. Без партизанских вылазок, наскоков и отходов. Те прут и прут, пока не перебьешь. А здесь все иначе.
– Крепость возьмем?
– Думаю, да. – Церковник зашагал к шатру. – Без потерь не обойдется, но должны. Тут хорошо – строительного леса в избытке. Настроим лестниц, пару десятков требушетов.
Гезеш последовал за разглагольствующим приятелем.
– Выждем время, когда к ним опять припрется Колонна – и пойдем на штурм. Да, – Ларс остановился, – не говори мне про честную войну, ладно?
Лесоруб промолчал. Темная Крепость. Последняя твердыня Дундэйла.
– Короля бы ихнего отловить, – вздохнул он.
– Погиб он, в Бастионе еще, – бросил Ларс.
Фурмагарец неуверенно улыбнулся:
– Так может, сдадутся? Откроют ворота без боя?
– После всего того, что мы учудили? Сильно сомневаюсь. – Ларс пригнулся и проскочил в шатер. Гезеш вошел следом и не удержал улыбки. На шкурах томно развалилась обнаженная девушка. Увидев гостя церковника, она с писком завернулась в одну из них и юркнула к скомканному платью.
– Хорошо воюешь.
– Солдат должен получать удовольствие. – Ларс принялся одеваться. – Хочешь, можешь ее трахнуть.
Красавица возмущенно воззрилась на любовника.
– Нет, спасибо, – отказался Гезеш.
– Вот и ладненько. – Церковник натянул рубаху и цыкнул в сторону опешившей девушки: – Брысь!
– Почему ты пришел на зов? – задал давно интересующий его вопрос Лесоруб.
– Это война против Безумия, – ответил Ларс. – А сама идея Церкви – борьба с ним.
– Понятно…
– В Темной Крепости не больше тысячи солдат. Если штурмовать, расклад такой: их убитый к двум-трем нашим. Если не больше. В земли Колонны пройдут крохи, – поделился с ним церковник. – А Проклятых там пруд пруди. Честно скажу – плохой расклад.
– А где Эвар? – вдруг вспомнил Гезеш.
– Погиб, – коротко сообщил Ларс. – Веселые Гады защищали Антага вашего. Полегли все…
Вести о гибели товарищей и знакомых становились привычными. По-прежнему болезненными, но совсем не удивительными. Ожидаемыми.
Хеллгаги, Бык, Эвар… Да сколько же можно?!
– От Синего Легиона почти ничего не осталось. Но они хорошо держались. Приняли на себя удар тяжелой рыцарской кавалерии. Видел бы ты это кровавое месиво… Короче – смертей очень много. Надеюсь, не зря, – добавил Ларс.
– Я тоже… Надо попытаться договориться с Темной Крепостью.
– Попробуй. Теперь ты главный, – осклабился церковник, ногой расшвыривая шкуры в поисках ножен.
– Армией управлять я не буду!
– Тебе ее никто и не доверит, – хохотнул Ларс. – Можно выслать парламентера. Вдруг и согласятся. Они сейчас обезглавлены. Король их убит, от армий остались ошметки.
– Выдвигаемся завтра?
– А чего ждать? И так уже застоялись. Встанем под стенами и начнем подготовку к штурму. Хотя, может быть, достаточно осады? Жаль, с водой у них проблем не будет. Как думаешь?
– Думаю, что смертей достаточно. Еще до Фурмагара дойти надо.
