Счастливый билет полностью

— Джекки, это Лиза. Если ты не откроешь дверь, я приведу управляющего с ключами.

— Вам повезет, если вы сумеете это сделать, — заметил юноша, стоящий у нее за спиной, тот самый, что разговаривал с Лизой по телефону. — Он сейчас в Мексике.

— И что он там делает? — осведомилась Лиза, продолжая барабанить в дверь.

— Проматывает деньги, которые заработал на этом клоповнике, полагаю.

— Джекки! — Лиза замолотила в дверь уже обеими руками. — Наверное, она думает, что это звучит музыка, дополнительные басовые аккорды.

— Музыка не настолько громкая, — запротестовал юноша.

— Тогда, на мой взгляд, вам надо проверить слух. Держу пари, врач скажет вам, что вы почти оглохли.

Лиза прижалась ухом к двери, и ей показалось, что она расслышала шарканье.

— ДЖЕККИ! — заорала она во весь голос. — Открой эту чертову дверь!

Дверь чуточку приоткрылась и замерла. Лиза осторожно толкнула ее. Джекки уже возвращалась обратно и с размаху бросилась лицом вниз на постель, как беременная слониха.

— Значит, с ней все в порядке? — На лице молодого человека отразилось облегчение.

— Да, спасибо за помощь. Но есть кое-что еще, что вы можете сделать.

— Что вы имеете в виду?

В общем-то, он был вполне нормальным и даже приятным юношей. Лиза одарила его широкой улыбкой.

— Вы можете сделать эту проклятую музыку потише?!

— Повернись и посмотри на меня, — скомандовала Лиза. По дороге сюда она решила, что надо проявить твердость, как в тот раз, когда они были молоды. Пожалуй, такое поведение принесет Джекки больше пользы, нежели сочувствие.

Джекки шмыгнула носом и села, жалобно взглянув на подругу.

— Что стряслось, глупая ты клуша? Почему ты не открывала? Из-за тебя начал беспокоиться даже этот мальчик, не говоря уже обо мне.

— Ох, Лиза! — Джекки расплакалась. — Я чувствую себя такой несчастной!

— Это и неудивительно, учитывая, в каком свинарнике ты живешь. Ты только посмотри на это! — Комната была довольно большой и светлой, с огромным окном, выходящим на симпатичный сквер, густо поросший деревьями, но Джекки превратила ее в свалку. Одежда валялась повсюду: на спинках стульев, на полу, вперемежку со старыми газетами и журналами, а на маленьком круглом столике громоздилась гора грязных тарелок.

— Честное слово, Джекки, мне кажется, что машина времени перенесла меня в прошлое. У меня такое ощущение, будто я вошла в квартиру на Куинз-Гейт целую вечность назад.

— Прости меня!

— Еще чего! А ну-ка, немедленно вставай с кровати и помоги мне прибраться.

Лиза обратила внимание на то, каких трудов стоило Джекки привести свою огромную тушу в вертикальное положение. Подруга поймала ее взгляд и заявила, защищаясь:

— Я хочу похудеть. Мне не нравится, что я такая толстая.

— Это вредно для сердца, — строго заявила Лиза, и внезапно Джекки улыбнулась.

У Лизы перехватило дыхание. Годы повернули вспять, и она испытала острый приступ ностальгии, как будто перед ней каким-то чудом предстала прежняя Джекки.

— Мне тоже кажется, будто я попала в машину времени. Она возвращает меня в прошлое, когда ты вот так же командовала мной.

Под одеждой Лиза обнаружила грязные обертки из-под рыбы с жареным картофелем, перепачканные кремом бумажные пакеты из кондитерской и вспомнила, как Джекки старалась заглушить отчаяние неумеренной едой, когда ожидала Ноэля. В еде она искала утешения, а это означало, что и сейчас она нуждается в нем.

Когда они прибрались, развесили одежду в гардеробе, а мусор запихнули в пластиковые пакеты, комната вновь обрела жилой вид. И только тогда Лиза поняла, что музыка внизу стала играть значительно тише. Она вымыла две кружки в маленькой раковине в углу и включила электрический чайник.

— Пожалуй, после таких трудовых подвигов мы с тобой заслужили по чашке чаю, — с удовлетворенным вздохом заявила она. — С чего это на тебя напала хандра, скажи на милость? Что это за глупости — запереться в комнате и не отвечать на звонки?

Джекки где-то откопала домашний халат, огромный и уродливый, не сходившийся у нее на талии.

— Вчера меня направили в Холборн, — сказала она, — в одну юридическую фирму, и там меня усадили за эту ужасную электронную пишущую машинку. А я успела освоить только электрическую модель. Я вовсю печатала путеводители и справочники, когда мне пришлось уйти из бюро из-за Ноэля. Но машинисткой я всегда была хорошей — я перепечатывала проповеди для Лоуренса и вела его переписку, — и скорости я не утратила. Но эта штука! Она просто убегала от меня. Я растерялась, мои пальцы превратились в беспомощные сосиски. И в обеденный перерыв они вдруг заявили мне, что им больше не нужна временная работница, но это был только предлог, чтобы избавиться от меня. Я ни в чем их не виню, от меня просто не было никакого толку.

— Это ужасно, и неудивительно, что ты так расстроилась, — мягко сказала Лиза.