Андреа чувствовала, что Хэлу не терпится поскорее закончить работу, хотя он и не сказал об этом напрямую. Девушка поняла это уже по тому, с каким решительным видом он взялся отбирать телят от коров, чтобы погрузить в трейлер и отправить на продажу; Отрывок телефонного разговора Хэла с дядей, который Андреа случайно подслушала, развеял последние сомнения на этот счет.
Мысль о том, что Хэл может уйти из ее жизни и она не успеет разделить с ним близость, которой так жаждала, была совершенно невыносимой. Внутренний голос подталкивал девушку к решительным действиям, нашептывал, что еще немного, и будет слишком поздно.
Андреа выключила воду и потянулась за полотенцем.
Решено, она должна наконец испытать то, чего была так долго лишена. Ее желание не было импульсивным, просто она открыла в себе потребность, годами дремавшую под спудом, и не могла больше не считаться с ней. В жизни Андреа появился особенный, ни на кого не похожий мужчина, и — к чему себя обманывать? — она его хочет. Время уходит. Сейчас или никогда.
Никаких обещаний, никаких обязательств, только наслаждение, доступное здесь и сейчас, мысленно напомнила себе Андреа. Она не так глупа, чтобы ожидать постоянства от Хэла Гриффина. Он привык, что женщины в его жизни приходят и уходят? Что ж, она согласна играть по его правилам. Ей ничего от него не нужно, лишь бы избавиться от болезненной пустоты внутри.
Она принялась поспешно вытирать волосы. Руки дрожали. Что если ей не хватит умения удовлетворить такого мужчину, как Хэл? Как быть, если он снова заговорит с ней так же резко, как говорил, когда пытался удержать ее на расстоянии вытянутой руки? Наконец, как заставить его понять, поверить, что ей не нужны ни его деньги, ни его защита, что она всего лишь считает себя свободной отдаться именно этому мужчине и ничего не просит взамен?.
Андреа отложила в сторону фен и посмотрела в зеркало. На все эти вопросы может быть только один ответ: честность — лучшая политика. Никаких игр, никакого притворства. Именно так ее воспитывали, честность — часть ее натуры. Хэл Гриффин волен набрасываться на нее с резкими замечаниями, но ее чувства и его желание существуют вполне реально, и даже он не сможет с этим спорить.
Ободряя себя этой мыслью, Андреа завернулась в махровое полотенце.
Осталось пережить еще один день, думал Хэл, растираясь полотенцем после душа. Он с невероятной скоростью отделил от стада телят, запер их в загоне и позвонил Джиму. Утром прибудет подкрепление, вместе они увезут телят и загонят оставшуюся часть скотины. И еще одна существенная деталь: когда в доме будет околачиваться его родня, Хэлу поневоле придется держаться подальше от Андреа. Может, тогда ему станет легче.
А потом он уедет, и не придется больше вести эту нескончаемую борьбу с самым страшным врагом — с самим собой. Его основной инстинкт настолько вышел из-под контроля разума, что Хэлу постоянно казалось, будто он ходит по раскаленным углям.
Он затягивал на поясе полотенце, и на губах его играла мрачная улыбка. Когда у Андреа Флетчер эмоции прорвали плотину, она нашла себе укромный уголок, чтобы выплакаться; ему тоже, в свою очередь, требуется местечко, где можно поостыть. Еще день; и он сможет это сделать.
Дверь спальни скрипнула, и Хэл застыл на пороге своей ванной комнаты. Вид Андреа, завернутой в полотенце, под которым, совершенно очевидно, ничего не было, подействовал на него, как удар в солнечное сплетение. Он вполголоса выругался.
Если Хэл надеялся, что ругательства и угрожающая гримаса обратят девушку в бегство, то он просчитался. Несмотря на все свои комплексы, Андреа была храброй, и недавние события лишний раз это подтвердили. Хэл снова попытался отбить у нее желание совершить громадную ошибку.
— Какого дьявола ты делаешь в моей комнате?! — рявкнул он.
Андреа даже не поморщилась и глазом не моргнув встретила его грозный взгляд.
— Я хочу, чтобы ты научил меня, как заниматься любовью…
— Сексом, — грубо перебил Хэл. — Не стоит меня идеализировать, малышка. И не забивай мне голову, да и себе тоже всякой ерундой. Ты вовсе не влюбилась. Голая правда состоит в том, что мы всего лишь малость поэкспериментировали, разогревшись «Маргаритой», и теперь в тебе проснулось любопытство.
Хэл пренебрежительно усмехнулся; это он умел делать отлично.
— Думаешь, если перепихнешься по-быстрому, то избавишься от воспоминаний о том, что произошло в колледже? Ладно, как хочешь, но только пробуй с каким-нибудь другим парнем, который появится здесь через неделю или через месяц. Ты знаешь, кто я? Я профессиональный ковбой, бродяга, перекати-поле, вряд ли тебе понравится тот секс, к какому я привык.
Нарочито грубые замечания Хэла не обескуражили Андреа; она смело шагнула вперед.
— Я и не прошу, чтобы ты обращался со мной как-то по-особому, так что можешь меня не запугивать. Я просто хочу быть с тобой. Очень хочу.
