— Извините… — и опустилась на место, почему-то машинально притрагиваясь к своему лицу.
Вскрик жены прогнал последние отсветы видения из глаз Ника, он дотянулся до её руки и слегка сжал, догадываясь уже, что и она что-то увидела — и вряд ли это пришлось ей по душе.
— Я здесь, — шепнул он, — всё в порядке. Мы все здесь…
— Интересно, а что будет, если этими штуками поменяться? — мечтательно протянула Айрен, но осеклась, увидев, как на неё смотрит экипаж. — Что?
— Они не церемонятся с нами… — едва слышно проронила Шер. — Копаются в наших чувствах. Это… унизительно.
— Поменяться не выйдет, — тихо сказала Вэйми, положила на стол обломки флейты.
— А у нас кристалл рассыпался в руках, — виновато прошелестела Шай.
Рик посмотрел на то, что осталось от его артефакта-ловушки.
— Полагаю, увиденное понравилось только Айрен, — усмешка у него вышла кривоватой.
— Не только, — возразил старпом. — Мррухс улыбается…
— Надо его разбудить! — всполошилась док. Сонное выражение счастья, так явно разлитое на усатой, в чёрненьких пятнышках, мордочке Мррухса почему-то ей напомнило их с Ником сон в пещере на Ботавуи. Это счастье во сне — не настоящее! Сначала счастливый Ник, теперь… — Мррухс! Проснись! — взволнованно позвала она Кота.
Тогорианец не ответил.
Добудиться его оказалось непростым делом — понадобились совместные усилия мужчин и Тёмной Леди, чтобы трёхметровый фелиноид начал реагировать. Но после этого Мррухс полез в драку, отстаивая вожделенную фигурку, и в конечном итоге его пришлось оглушить — только тогда Рик брезгливо, двумя пальцами, вытащил статуэтку из ослабевших рук тогорианца и бросил на стол.
— У кого ещё осталось что-нибудь? — хмуро спросил он у команды.
Недосчитались только кристалла, но Шай не лгала — определить её правдивость навыков капитана хватило…
— А где звезда? — вдруг спросил штурман. — У кого она?
— И сразу вопрос — кто что видел? Можно без подробностей. Нужно разобраться, что это было и что с этим делать? — Айрен задумчиво смотрела то на оглушённого Мррухса, то на оставшиеся артефакты. — Адам, ты видел, куда делась звезда?
Вместо ответа в медотсеке послышалась мелодия, и приятный мужской голос запел:
Мне звезда упала на ладошку,
Я её спросил: "Откуда ты?"
"Дайте мне передохнуть немножко
Я с такой летела высоты…"
А потом добавила, сверкая,
Словно колокольчик прозвенел:
"Не смотрите, что невелика я,
Может быть великим мой удел.
Вам необходимо только вспомнить,
Что для вас важней всего на свете.
Я могу желание исполнить,
Путь неблизкий завершая этим…"
(Александр Дольский "Звезда на ладони")
ИИ доиграл песню до конца, до слов "немного сил", и заговорил сам.
— Видел. Звезда пролетела сквозь южную переборку, в сторону мидель-шпангоута 33.
Рику понадобилось три секунды, чтобы сообразить, куда направилась звезда. Потом он задействовал Ускорение. И буквально исчез из кают-компании.
— Я бы сказал, "что для вас страшней всего на свете", — проворчал Ник, прикидывая, бежать следом или подождать.
Шер взглянула на мужа и опустила глаза.
— И куда этот страх заводит… — кивнула она.
Бус, махнув хвостом, исчез за дверью.
Айрен тоже прикинула — бежать следом или нет. Но решила, что нет: будет что-то интересное — позовут.
— Интересссно, — задумчиво повторила она. Сломанные вещи. Слова о страхах и том, что видения не понравились. Собственные ощущения. Тогорианец, не желавший расставаться с фигуркой.
Ей хотелось внимательнее рассмотреть эти вещи. Попробовать заставить их заработать снова. Было любопытно — работают они только в конкретных руках, или на каждый предмет прописано своё видение?
Это было очень занятное ощущение, и Айрен потратила несколько секунд, размышляя, насколько оно её собственное. Или внушаемое чем-то или кем-то извне?
И всё говорило, что это её собственное. Часть её личности.
Тёмная с неутолимой жаждой исследования? Было этому какое-то объяснение… Но мысль в руки пока не давалась.
— Нас не унижают, — наконец заговорила она, решительно взяв со стола фигурку, за которую так боролся Мррухс. — Нас изучают.
Она сконцентрировалась, сквозь Силу разглядывая предмет в своих когтях.
Материал фигурки был ни на что не похож. Не камень, не метал, не пластик. Что-то совершенно незнакомое.
И ощущение пристального взгляда. Ящерица задумчиво наклонила голову набок, продолжая вглядываться. Но большего ей добиться не удалось.
— Похоже, что каждая вещь — индивидуальна. А жаль, интересно, что же ему, — она кивнула на тогорианца, — такого наобещали, что с этим расставаться не хотелось.
— Видимо, что-то очень хорошее, — вздохнул Ник. — Я в своём варианте обещанного, кажется, чуть не улетел за край Вселенной. И чуть не потерял Шер. Может, конечно, однажды я туда и доберусь. Но не один.
Вернулся Бус, волоча охапку пластиковых стяжек.
— У нас тут пострадавший, — похоже, кушибанин решил сыграть в майора Безусловность. — Но как бы он в медблоке буянить не начал и требовать обратно свою игрушку…
— Он же их порвёт… — усомнился штурман.
— А мы его за большие пальцы, вот так…
— И будет у нас три метра кота без больших пальцев.
