— А теперь, когда мы внесли некую ясность, — он улыбнулся, начав неспешно резать мясо, — ты можешь задавать мне вопросы. Любые.
Девушка чуть заметно покачала головой — у неё не было сейчас вопросов, которые она могла бы внятно задать. Впрочем, вскоре один нашёлся.
— Ты хотел, чтобы я изучала свой вид… Это для того, чтобы я могла научиться выглядеть, как свободная?
— Да, — Рик кивнул, — моя жизнь часто сопряжена с… обманом. Приходиться выглядеть не тем, кем ты являешься. На многих планетах к работорговле относятся отрицательно. Я не хочу ненужных проблем.
Вэйми махнула одним лекку.
— Это как раз не проблема. Ты всегда можешь сказать, что выкупил меня и дал свободу, и тебе даже не придётся обманывать, а мне притворяться. Правда всегда естественнее любого притворства.
— Ага, — он опять улыбнулся, в глазах блеснула усмешка, — а меня посчитают мягкотелым инфантильным романтиком. Хотя… Ты права. Правда естественнее притворства.
— Когда у тебя оружие, какая разница, кем тебя посчитают? — удивилась девушка. — Ты всегда можешь объяснить им, как они ошибаются.
— Оружие… — контр качнул головой, улыбка стала грустной, — у меня нет оружия, Вэйми. Это…
Он похлопал себя по бластеру на бедре.
— Инструмент воздействия и средство защиты, как и это, — он на мгновение достал универсальный пилотский инструмент из внутреннего кармана, чтобы показать девушке, — а оружие… Это инструмент агрессии. И… мне действительно важно, кем меня считают. Как и умение объяснить ошибку словами.
— Там всё по-другому, — сделала вывод летанка. — Не так, как здесь. Мне придётся учиться больше, чем я думала.
— Нет… — он сделал глоток, отправив в рот кусок мяса, — во многом там всё так же. Это я смотрю на мир иначе. Стараюсь смотреть. Я, если говорить возвышенно, благородный. Бессовестный. Но благородный.
Эти понятия были Вэйми знакомы. Первое — по голофильмам и разговорам в кантинах.
— А как это сочетается?
Ей было действительно интересно. Рик не был похож ни на одного из её хозяев, и девушка хотела понять, что он из себя представляет.
Рик улыбнулся, подавив смешок.
— Сложно сочетается, — он отдавал должное пище, находя её восхитительной, — к примеру, я, можно сказать, обворовал человека, спасшего мне жизнь. Впрочем, он вроде бы об этом не жалеет. С другой стороны, я решил выкупить тебя, не стал убивать двух безоружных хулиганов. Я бессовестный, потому что способен нагреть руки на ком-то. И благородный, потому что не стану этого делать без лишней нужды. Ну, и опять же… У каждого свои критерии оценки. Для альдераанцев я полный отброс общества, для Луны Контрабандистов — слишком иеалистичен и добр.
Вэйми наконец закончила расписывать тарелку соусом и принялась обгладывать птичье крылышко мелкими острыми зубами. Воспринимать что-то новое она уже не могла, ей нужно было переключиться на что-нибудь другое. Простое и понятное. Привычное. Еда, разговоры — почему бы нет?
— Значит, ты взял то, что ему было не нужно, — сделала она вывод. — Ну, тот человек, про которого ты сказал. Иначе он бы обиделся. И если ты взял, значит, тебе было нужнее. Так?
— Сложный вопрос, — он задумался, — я, может быть, даже спрошу у него однажды. Я просто решил, что я имею право на это. По стечению некоторых факторов. Человек с совестью не будет брать чужое.
На этот раз Вэйми замолчала надолго, обдумывая услышанное. Простого разговора не выходило. Она ещё не видела раба, который отказался бы взять оставленное без присмотра чужое. То, что принадлежит не хозяину. Потому что это возможность купить себе… Что-нибудь. Не вещь, потому что вещь увидит хозяин, а у раба не может быть своих вещей. Чаще всего — немного еды. Настоящей, вкусной еды. Вроде той, что лежит перед ней сейчас на тарелке. О какой совести может идти речь…
— Совесть — это для свободных, — тихо сказала тви'лекка, глядя на опустевшую тарелку. — Ты хотел, чтобы я говорила, когда мне плохо. Кажется, я устала.
— Я тебя заболтал, — констатировал Рик, — поедем обратно в номер? Примешь душ, выспишься. Завтра будет новый день.
Девушка кивнула, обхватив себя лекку. Завтра будет новый день. С новыми вопросами.
Оставив на столе необходимое количество кредитов, слегка округлённых в большую сторону, парень поднялся, предлагая свою руку в качестве помощи. Можно было пошутить, но почему-то казалось, что шуток сейчас летанка не воспринимает. Их действительно ждала машина, комната, девушку кровать, а его изучение схем модели корабля, который он заказал у Мухи. Рик теперь знал некоторые техники, позволяющие ускорить процесс восстановления сил.
— Знаете, Ник, когда я училась, нам на полевой практике показывали вечерами голосериал о корусантской полицейской академии. Там герои даже на свидание ходили, обвешанные бластерами и спецсредствами. Тогда это казалось таким смешным… А теперь, чтобы слетать выпить где-нибудь, каф, я уподобляюсь им…
— Кстати, о бластерах… — пилот повёл её к стоящей на парковке машине. — Надо будет что-то присмотреть себе. Если никакая добрая душа не захочет со мной поделиться, конечно…
