— Шер… — в глазах гуляли искорки смеха, — даже если брошенный нами дурос не загнётся от раны… Он загнётся от скуки. Поэтому он тоже летит с нами.
— Кэп, я знаю вас очень мало времени, но я уже столько раз убедилась, что вы не способны оставить своих людей без помощи. И даже — не своих… — усмехнулась она, вспоминая про свой звонок Рику с нижнего уровня. — Простите, что могла так подумать, — виновато улыбнулась врач. — И ещё один вопрос, кэп, — она ненадолго замолчала. — Сколько мы ещё пробудем на Нар- Шаддаа?
— Столько, сколько потребуется, — уклончиво, но без тени усмешки или нравоучения бросил контр. Неожиданную похвалу девушки он предпочёл пропустить мимо ушей.
— Как скажете, кэп, — слишком смиренно, чтобы это было правдой, отозвалась Шер, пряча улыбку, сделала несколько шагов по направлению ко входу в кантину и обернулась. — Я пойду сворачивать свой медблок, кэп.
— Хорошо, — он кивнул и остался на месте — дожидаться Ника.
Девушка прошла через зал кантины, не замечая ни взглядов, ни слов, брошенных вслед, ни забрака с привычным стаканом в руке у стойки бара.
У капитана полдень. А её день начался так давно, что, кажется, он длился… Месяц? Год? Всего лишь день? Вот и кресло в номере, всё также придвинуто к кровати. И птичка сидит на подоконнике. При одном взгляде на неё сердце волнующе замерло. Это действительно было. Вот здесь она, остановившись в танце, попала ему губами куда-то, ближе к виску А здесь, в кресле, Ник спал, пока она смотрела на него.
В сумку, так и не разобранную полностью, было поспешно уложено всё, в том числе, с особой осторожностью, успевшая затвердеть окончательно птичка.
"И дракончика", — напомнила себе Шер, заходя в номер пилота. Странно, она так мечтала о работе в экипаже, о полётах и звёздах, мечтала вырваться из грязной атмосферы этой планеты… А теперь она стоит посередине номера "Последнего приюта", и ей кажется, что никогда уже не повторится это трепетное ощущение безоговорочного счастья, которое она испытала в этих стенах…
Шер вздохнула и принялась упаковывать остатки препаратов.
Пилот появился довольно скоро — минут через пятнадцать. Без машины, по-прежнему пугающе худой, но походка стала пружинистой и быстрой, движения — уверенными. Это был уже совсем не тот человек, который ввалился в люк транспорта на орбите звезды. И взгляд серо-зелёных глаз изменился: от холодного безразличия не осталось и следа, Ник смотрел живым и цепким взглядом, в котором нет-нет, да протаивало что-то подозрительно похожее на улыбку.
— Седина в бороду, бес в ребро? — фраза сквозила иронией, а в глазах плясали несколько сотен ситенят. Несмотря на, казалось бы, язвительный тон, Рик был рад, что всё складывалось именно так, — я надеюсь, что у тебя хватило ума не засветиться в местных новостях, в отличие от некоторых?
— Тебе не объясняли в детстве, что завидовать нехорошо? — вкрадчиво поинтересовался Ник. Ехидный тон смягчался смеющимися глазами. — Не уверен, новости ещё не слушал, но подозреваю, что местная кухня станет несколько более изысканной и разнообразной…
— Подумаешь, кухня, — парень отмахнулся, — на Луне контрабандистов завёлся новый пироманьяк. Вот это новость. У твоего кара были накалены решётки радиаторов. Все хорошо?
Последнее было сказано с толикой волнения.
— Не считая пары озадаченных экипажей на низких орбитах? — уточнил Ник. — Тогда да, всё просто прекрасно.
Сборы Шер оказались недолгими, и через некоторое время девушка перешагнула порог кантины. Следом выкатился дроид, нагруженный контейнером с медикаментами и сумкой с вещами. Девушка встретилась взглядом с Ником, и её глаза просияли.
— Я немного размялся в небе, — скромно добавил пилот, оглядываясь на дверь "Приюта". — В верхних слоях движения нет, можно развернуться… Шер, да вы идеал женщины! Любая другая заставила бы нас ждать часа два.
Рик покачал головой.
— Тогда тебя не затруднит забрать у неё контейнер и пройти обратно в номера, — он позволил себе ироничную улыбку, — нам нужно поболтать с одним… дуросом. Пусть сам выберет, где ему лучше находиться.
Про то, что он думает по поводу полётов в верхней атмосфере Нар-Шадда, он говорить не стал. Ник взрослый человек и сам отвечает в свободное время за свою жизнь. И жизнь тех, кто ему стал дорог.
— Я подожду вас здесь, кэп, с вещами, — сказала Шер Рику, но, так и продолжая смотреть на седого пилота. — Я найду, чем себя занять до вашего возвращения.
Она, наконец, отвела взгляд, запоздало вспомнив о своём обещании Нику.
Пилот удивлённо вскинул бровь.
— Это настолько секретный разговор, что надо оставлять девушку тут одну и без присмотра? — он спрашивал, но за вопросом явственно звучало "хаттов хрен я её тут оставлю". — Вроде бы они уже вполне знакомы с этим… дуросом.
— Тем более, что больному нужны физические упражнения, — добавил Рик к сказанному, — так что возвращаемся обратно.
Ему и самому не хотелось оставлять доктора одну на этой планете. Даже на пару минут.
