Два касания и вот оно: Вейр Шелли найден мёртвым в своём кабинете. По официальной версии причиной смерти стал обширный стволовой инсульт. Дэй аккуратно положила комлинк на стол и закрыла лицо руками. Больше всего ей хотелось завыть и биться головой о стену, ибо новость стала последней каплей в чаше терпения. Она ни на секунду не сомневалась в том, что Шефа убили, и сделал это Рец, не зря же он много лет изучал ядовитые кристаллы разных миров. Слёз не было, не было вообще ничего. Только пустота. Где-то на задворках мелькнуло, как же хорошо, что Эли и Эл сейчас на Куате, а Юдж теперь далеко и у него другая семья, а значит Рецу будет либо не до него, либо руки окажутся коротки. А потом пришло осознание. "Папы Вейри", как прозвали Шефа коллеги младшего возраста, больше нет.
Шеф был больше, чем начальником и страшим коллегой, он был Наставником.
Дэй вспомнила, что они с Шер покупали горячительное, и она метнулась к пакетам. В одном из них, с одеждой, и оказалась заветная бутылка. Хорошо, что в каюте были стаканы.
Женщина открыла бутылку, налила себе на две трети стакана. И залпом выпила.
Алкоголь — очень коварная вещь. Он имеет свойство усиливать состояние, в котором разумное существо неосмотрительно решило напиться. К тому моменту, когда скорбь приняла размеры и мощность черной дыры, дверь открылась, и в неё заглянула взъерошенная голова с фиолетовыми глазами.
— Ой, тут занято. Извините, мэм…
Между ногами Леса в каюту просочился кушибанин с написанным на лице беспокойством. Бесцеремонно протопав к столу и вспрыгнув на него, старпом лапой отодвинул в сторону стакан. — Мне сдаётся, это уже лишнее…
— Забей, мальчик, — огрызнулась Дэй, — глаза её были очень холодными и совершенно трезвыми. Бусу и пришедшему с ним взъерошенному пацанёнку с красивыми глазами неоткуда было знать, в каких тёмных краях она бродила сейчас. В своё время она "завязала" именно потому, что алкоголь перестал не то что помогать в снятии стресса, но и вообще как-то влиять на состояние, но не просить же у Шер нейролептики! Она резко провела рукой по лбу и словно бы впервые увидела Буса.
— Простите, пожалуйста, — покаянно улыбнувшись сказала женщина, — а это вам. — и протянула букеты и пакет с фруктами.
— Юноша, простите, а вас чем угостить?
Кушибанин сел, прижав лапой цветы, чуть склонил голову набок. По шерсти побежали лиловые волны, длинный мех на глазах обретал сходство с глазами парня. Дэй могла ощутить, как внутри развязывается туго затянутый узел, и непомерный груз становится легче.
— Скорбь на плечах одного — гора, на плечах двоих — перо, — Лес проскользнул в каюту, сел на пол, глядя снизу вверх сквозь длинные волосы. — Так говорят у меня на родине.
— Спасибо вам… — Дэй замялась, потому что в упор не помнила, как звали юношу.
— Лес, — подсказал кушибанин. — Его зовут Лес. Он пока летит с нами. Можете не стесняться, Дэй. Я не обижусь.
— Очень приятно, а меня зовут Дэй — и я тоже тут, — просто сказала женщина. — Лес, так вы мне и не ответили, чем вас угостить всё-таки? На моей родине говорят, если гость вошёл в дом, он не должен оставаться голодным, у меня тут кое-что осталось, — она махнула рукой в сторону пакетов с продуктами, — выбирайте.
И внезапно поднялась:
— Вот что, мальчики, я вас оставлю на пару минут, хорошо?
И, подхватив пакет со сменой одежды, удалилась в санузел, чтобы появиться снова уже совсем с другим выражением лица. Моё горе — мои проблемы решила она. а на этих двоих его перекладывать определённо не стоит, лучше просто погреться от Буса, и полюбоваться удивительными глазами Леса.
За время её отсутствия Лес успел стащить что-то из пакета и обгрызть до полной неузнаваемости. Бус к цветам не притронулся.
— Мне подходит все, что подходит людям, мэм, — парень оглядел огрызок, с хрустом перекусил его пополам. — Кроме лекарств. И ядов.
— Это хорошо, — кивнула Дэй. — Вам не нравятся цветы? — спросила Дэй у кушибанина. — Невкусные?
— Он фруторианец, в поедании травы замечен не был, — подсказал Рик, сложив руки на груди и плечом подперев переборку.
— Это не трава! — возмутился Бус. — Это цветы. Лепестки, между прочим, вкусные.
Лес догрыз свою добычу и поднялся на ноги — для разнообразия, без акробатических номеров.
— Вся плоть — трава, — откомментировал Рик заявление кушибанина, после кивнул на открытую бутылку и посмотрел на женщину. — Дэй, будут коментарии?
— Будут, — лицо Дэй на миг стало жёстким, — погибли два человека. Одного я знала, второго — нет. И, — Дэй подавила нарождающийся всхлип, — я теперь преступница, наводчица и убийца. Я же посмела уцелеть. И до той мрази, которая все это устроила, мне не добраться. Я удовлетворила вас?
Лицо Рика стало грустно-осуждающим, он посмотрел на Буса и Леса и выдав небольшое подобие улыбки:
— Бус, Лес, вон отсюда, — взгляд стал под стать положению парня на корабле, — это приказ.
Лес цапнул что-то ещё из пакета, кушибанин подхватил зубами букет, и оба вымелись за дверь.
"Аккуратнее…" — пришла к Рику не его мысль.
Дэй поудобнее устроилась на стуле.
