Такси появляется как по волшебству. Я залезаю первая, за мной – Бо, который, простонав, закрывает глаза, кладет голову мне на плечо и снова отключается.
Дин усаживается последним и называет шоферу адрес Бо. Он смотрит на спящего друга, и наши взгляды встречаются поверх его головы.
– Его родители дома? – осторожно спрашиваю я. – Они разозлятся, если увидят его в таком состоянии?
– Скорее всего. – Дин вздыхает. – Бо говорит, что они у него строгие. Он всю жизнь учился в католических школах для мальчиков.
Я закусываю губу.
– Тогда, может, нам лучше не везти его домой?
– Наверное. – Дин наклоняется и обращается к шоферу. – Забудьте первый адрес. Отвезите нас к «Хейворд-Плаза», пожалуйста.
Он переводит взгляд обратно на меня.
– Пусть отоспится в пентхаусе.
Через пятнадцать минут мы поднимаемся на лифте. Так странно, но нескольких часов в клубе хватило, чтобы я позабыла, в каком дворце живет Дин. Я снова восхищаюсь окружающей меня роскошью, как и Бо, чьи голубые глаза широко раскрываются, когда он, запинаясь, выходит из лифта.
Он изумленно таращится на стену из огромных окон, через которые открывается вид на светящийся разноцветными огнями город.
– Черт побери, чувствую себя принцем.
– Как я тебя понимаю! – говорю я ему.
Продолжая качать головой, Бо, пошатываясь, подходит к огромному креслу, стоящему рядом с полукруглым кожаным диваном, и падает в него. Через секунду до нас доносится его храп.
Дин обнимает меня сзади и целует в шею.
– Ну что, спать?
Я разворачиваюсь к нему лицом.
– Я не устала. Может быть, посмотрим кино?
– Вообще-то, у меня для нас есть кое-что получше. – Он игриво шевелит бровями. – Переоденься во что-нибудь удобное, а я пока все приготовлю.
Что он приготовит? Надеюсь, «удобное» действительно означает удобную одежду, а не кружевное белье с поясом для чулок.
Я оставила свою сумку с вещами в комнате Дина и поэтому быстро поднимаюсь по лестнице на третий этаж – да уж, мне до сих пор трудно поверить, что здесь целых три этажа, – и переодеваюсь в хлопковые шортики и майку. Когда возвращаюсь в гостиную, Дин уже лежит на диване с пультом в руках. С голой грудью. Ну еще бы. Его брюки с низкой посадкой открывают сексуальные бороздки мышц, и у меня покалывает язык от желания попробовать на вкус это аппетитное тело.
Я облизываю вдруг пересохшие губы и подхожу к нему.
– Что будем смотреть?
– Сейчас сама увидишь.
Дин щелкает пультом, и я ахаю, когда на огромном экране (больше только в кинотеатрах) появляются заглавные титры «Соланж».
– Как это возможно? – восклицаю я. – Ты выкрал DVD из моей комнаты?
– Нет. Позвонил консьержу перед тем, как мы выехали из Брайара, и попросил скачать для нас второй сезон.
Я в шоке. После того, как я случайно наткнулась на этот сериал в
– Ты сделал один звонок и заполучил эту никому неизвестную французскую мыльную оперу? – Я смотрю на него, широко распахнув глаза. – Блин, жизнь Дина – это действительно что-то фантастическое.
– Говорил же тебе. – Дин вытягивается на спине и манит меня рукой.
Я тут же устраиваюсь рядом с ним, положив голову ему на плечо. Его грудь теплая и крепкая, и от него божественно пахнет. Я даже не буду спрашивать, каким парфюмом он пользуется, потому что наверняка это что-то мне незнакомое и стоит тысячу баксов за каплю.
В сериале появилось множество новых персонажей, которые портят жизнь Соланж.
– Знаешь, – произносит Дин, – если бы у Марка была хоть крупица мозга, он бы бросил Кристин и стал встречаться с Моник.
– А мне нравится Кристин, – возражаю я. – Она милая.
– Она дурит ему голову, детка. Никто не может быть милым все время.
–
Дин усмехается, и его плечо вибрирует под моей щекой.
– Ну да, конечно. Ты милая процентов на двадцать. Максимум.
Я притворяюсь, что обиделась на его слова.
– Ты правда так думаешь? – тихим голосом спрашиваю я.
Он нежно проводит рукой по моей спине и хриплым голосом отвечает:
– Нет. Не волнуйся, ты милая на все сто процентов.
– Ха. Я совсем и не волновалась. Просто хотела услышать, как ты это скажешь.
Дин снова усмехается и прижимает меня крепче. С каждой минутой мы увлекаемся сериалом все больше и лежим в тишине. Дин бессознательно гладит меня, при каждом прикосновении его длинные пальцы касаются моей груди. Он не осознает, что делает, но я… да, я возбуждаюсь.
– Говорю тебе, она что-то затевает. – Глаза Дина смотрят на экран, но его рука не перестает дотрагиваться до меня.
Между тем Кристин сидит за столиком уличного бистро и что-то шепчет в свой телефон. Разговор кажется довольно милым. Но, опять же, это французский, так что кто ее знает.
– Готов поспорить, она нанимает киллера. – Большой палец Дина задевает мой сосок.
Мне уже не до сериала.
Но Дин все болтает и болтает.
