Опекун и его гость – седобородый старец в странной одежде и очках-половинках - располагаются в гостиной.
- Чая? – предлагает Дуэйн, и Тай видит, насколько неприятна тому ситуация.
- Да, спасибо, - вежливый кивок и добрая улыбка старичка мальчишку не обманывают.
Этот гость – тот еще хищник. Глаза, несмотря на добродушный тон, остаются холодными, а поза напряженной.
- Ялли, - домовичка послушно появляется на зов. – Чай и кофе. Вам с сахаром?
- Пожалуй, - согласно.
Эльфийка кивает, настороженно косясь на посетителя, и отправляется исполнять поручение.
- Меня зовут Альбус Дамблдор. Я преподаю трансфигурацию в Хогвартсе…
- Я знаю, кто вы, - перебивает парень. – Что вы хотели?
- Хм… - растерянно. – Поговорить о ребенке, которого вы забрали из одного небезызвестного приюта, после чего последний перестал существовать. Персонал разошелся по тюрьмам, дети по другим воспитательным заведениям. Жаль, что о преступлении этих людей стало известно лишь сейчас. К слову… Весь персонал страдает от очень специфического… проклятия. Вы не в курсе, кто его наложил?
Дуэйн выгибает бровь.
- К сожалению, нет. Я пожал бы этому человеку руку.
Тай беззвучно фыркает. Что это такое? И опекун, и старик врут. И, кажется, этот… как его… Дамб… Дамла… Тьфу! Ну и имя! В общем, он точно знает, что собеседник лжет.
- Кто бы это ни сделал, он использовал заклятие из арсенала некромантов. Из запрещенного раздела, - Дамблдор подбирается, словно гончая на охоте. – Этого человека ждет Азкабан.
- В таком случае я рад, что не знаком с ним, - безразличное пожатие плечами. – Это все?
- Ребенок, что сейчас у вас, - мягко. – Вы не думаете подыскать ему более подходящую семью?
Тайлер чувствует, как внутри что-то натягивается, закручивается в дрожащую спираль. Он не испытывал этого целую неделю и узнал не сразу. Страх. Мальчик уже понял, что опекун, приемный отец не причинит ему зла. Это говорит и Нагайна, и странное колючее нечто, из-за которого происходят странные вещи. Магия. И теперь душу ребенка захватывает в липкие сети ужас: вдруг его отдадут? Сразу вспоминаются все шалости и седые волосы у Дуэйна. После того взрыва… он ведь и вправду поседел прядью. После она вернула изначальную окраску, однако для сироты это многое значит. Заботу, беспокойство. Он впервые кому-то дорог.
Мальчик закусывает губу и сжимает кулачки. Он этому Альмосу Дапледору такое устроит за это предложение! Только бы… Дуэйн не согласился.
- Что, простите? – тон парня не предвещает ничего хорошего, и Альбус пытается зайти с другого конца.
- Ваша семья, скажем так, немногочисленна. Откровенно говоря, вряд ли Кроссы сумеют дать малышу нужный уровень защиты и магии. Ему, не знакомому с волшебством, будет трудно освоиться. Подумайте. К тому же вы – молодой человек, сколько вам? Восемнадцать? Девятнадцать?
- Двадцать, - холодная усмешка.
- Для мага это не возраст. Вы так юны, неопытны. А воспитание ребенка – тяжкая ноша. Справитесь ли вы? Я хочу помочь.
- Неужели? – с сарказмом.
- Мальчик мой, - оба Кросса вздрагивают, услышав обращение.
Тай вспоминает директрису приюта. Те же ласковые интонации голодной акулы. Приторная патока замаскированной лжи. Дед нравится мальчишке все меньше и меньше. Что-то с ним не так. От него чувствуется угроза на уровне инстинктов, причем именно для него, для Тайлера. Дуэйн старику мало интересен. Тая трясет. От омерзения и ярости. Сейчас Бальбус Даленор для него не человек и даже не маг. Клиент. Отвратительный слизняк, от которого хочется убраться подальше.
И одновременно приходит уверенность – Дуэйн Тая не отдаст.
- Стоит ведь думать о благополучии ребенка, - продолжает мысль Дамблдор.
- Сожалею. Я – единственное благополучие для него. Какой бы плохой отец из меня не вышел, другого у Тая не будет.
- Тая? – гость непонимающе хмурится. – Вы же усыновили Тома Риддла.
- Теперь он Тайлер Дуэйн Кросс. Он введен в семью по ритуалу вливания. И оторвать МОЕГО Наследника от семьи не позволю. Даже ради всеобщего блага, – последние слова Дуэйн произносит с какой-то особой интонацией, заставляя неприятного собеседника вскинуться.
Становится спокойно, счастливый писк сдержать удается с трудом. Верить, что ты не чужой – одно, а знать – совсем иное. Более… воодушевляющее.
- Я лишь думаю о благе ребенка, - идет на попятную Альбус, с дрожью ощущая, как вокруг обманчиво безмятежной фигуры молодого мага закручиваются вихри магии.
- Похвально, что судьба чужого человека вас заботит, - насмешливо. – Но в этом случае беспокоиться не о чем.
- Эм… Хорошо. Тогда… Буду рад видеть Тома в Хогвартсе.
- Конечно, - что-то в голосе Дуэйна настораживает Тая.
Он даже выглядывает из укрытия, чтобы посмотреть, что происходит. Но все, вроде бы, нормально. Только лицо опекуна похоже на восковую маску.
- Вам пора, - с нажимом, обрывая неловкую паузу.
- Да. Спасибо за чай, - наконец находится старикан и поднимается из кресла.
