— Как хочешь, — неловко. Проходит к столу, вынимая из штанов ключи и телефон. Райли не откидывает смущение, забирается на кровать, всё ещё ощущая дрожь в коленках. Это так странно… И, должно быть, неправильно.
Кое-как ложится, скромно накрыв себя частью одеяла. Дилан не снимает кофту. Он неплохо придерживается роли ледяного мальчишки. Ложится на другой край, на спину, рукой потянувшись к лампе на тумбе. Щелчок. Всё канет в темноте. За окном сильный ветер. О’Брайен не надеется уснуть. Его ещё долгие часы будут штурмовать мысли, поэтому он продолжает смотреть в потолок, погружаясь в себя, растворяясь в тишине.
Райли внезапно шепчет, поворачиваясь набок, к нему телом:
— Я правда не хотела кричать на тебя, — её не отпускает вина за содеянное. — Но почему-то искала повод для ссоры, а ты не давал его, — укладывает голову на подушку, внимательно разглядывая лицо парня в темноте.
— Ничего, — он пытается дать ей понять, что в её срыве нет ничего, что могло бы задеть его.
— Извини, — повторяет тише.
— Всё в порядке, — вздыхает, прикрыв веки. Устал. Райли ерзает. Всё ещё на иголках, что не удивляет. Это был второй срыв. Она долго будет отходить, и уже сейчас видно, как что-то в её поведении меняется. И Дилан уверен. Это не к добру.
— Но всё же… — продолжает рушить тишину. — Я не хочу лезть, — сглатывает, морщась от боли в горле. — Насчет Лиллиан…
— Я не могу сказать тебе, — открывает веки, резко перебивая.
— Но всё нормально? — девушка не падает духом, решая узнать общую картину.
— Да, — ложь. Ни хрена не нормально, но он соврет.
— Хорошо, — верит.
Янг прикрывает веки, удобнее устраиваясь на кровати. Остается лежать на боку. Под одеялом становится жарко. Им обоим не привычно делить кровать с кем-то, но пытаются не задумываться о данном факте неловкости, иначе опять поссорятся, чтобы за руганью скрыть чувство неловкости.
О’Брайен хмур. Смотрит в темноту, нервно играя пальцами с тканью одеяла:
— Я не на её стороне, — плевать, пусть знает это. Янг щурится, борется с усталостью, дабы дольше пребывать в сознании и слушать парня. А это, в принципе, всё, что он хотел сказать. Пусть она знает это.
— Значит, ты на моей стороне? — девушка немного поднимает глаза. Дилан поворачивает голову, взглянув на неё. Смотрят. Долго.
— Спи, — не меняется в лице, приказывая ей, а сам отворачивается, ложась к ней спиной.
Райли смотрит ему в затылок. Он смотрит перед собой. Молчат.
Я на твоей стороне. Нелепо сомневаться в данном.
========== Глава 38 ==========
Уныние. Спокойствие. Счастье. Спокойствие. Уныние
— Доброе утро, — Лиллиан проходит на кухню, ощущая знакомое давление, с которым ей приходится сталкиваться последние несколько дней. Её сын довольно сильная в психологическом плане личность, чему мать не удивляется, а даже немного гордится, что ему передалось нечто от её генов, а то был бы полной копией отца. Копией, по её мнению, жалкого, нестойкого человека. А так Дилан должен быть благодарен матери. И Лиллиан ждет от него этой благодарности.
О’Брайен стоит у стола, спокойно перебирая препараты в аптечке, дабы подобрать что-то, что могло бы подойти для применения. Если витамины Райли действуют на её настроение, чаще всего понижая уровень «грусти», то, скорее всего, парню требуется найти альтернативную замену. Можно взять успокоительное. С ним она должна быть, хотя бы, спокойной, даже немного равнодушной. Главное, не будет ныть или пытаться подраться.
Не отвечает матери, но та не падает духом, заваривая себе крепкий кофе:
— Сегодня еду к Митчеллу. Он решил выписываться, но я заставлю его пройти дополнительное обследование, так что мы вернемся где-то дней через… — с улыбкой рассказывает её планы на сегодня, изредка поглядывая на парня, который продолжает стоять спиной, борясь с легким головокружением из-за бессонницы. Уснуть так и не удалось. И причина не только в количестве мыслей. Просто странно засыпать с кем-то.
— Ты дал ей лекарство? — Лиллиан хочет сесть за стол напротив сына, но тот закрывает упаковку аптечки, выбрав успокоительное, и начинает двигаться к двери, внешне не обращая внимания на последовавшие после его молчания слова:
— На твоей совести.
***
Кручу ручку крана. Ледяная вода рвется в сток, я лениво набираю её в ладони, умывая лицо, морщась от холода, которое окутывает тело. Глотка сохнет буквально через несколько минут после принятия жидкости внутрь. Открываю утром глаза — и сразу понимаю, какое настроение будет сопровождать меня на протяжении всего дня. Будто внутри меня до предела натянута музыкальная струна, и каждое движение моего тела дергает её, приводя нервы в нестабильное дрожание. Нет никаких явных признаков болезни, но чувствую себя нехорошо, словно в полудреме, правда, это далеко несравнимо со сном. Тяжесть в груди. Тяжесть на плечах. Тяжесть в голове. Ощущаю себя под давлением настроения. Опять пустота? Радует, что лишь она одолевает меня, а не сильные негативные эмоции. Они бы не дали мне возможности и сил подняться с кровати и что-либо делать.
