Не заявлю уверенно, что не испытываю напряжения, когда сжимаю ручку, второй рукой нащупав кнопку переключателя электричества. Неизвестность давяще действует на меня морально, поэтому решаю не тянуть. Спокойно открываю дверь, нажав на кнопку. После щелчка лампочка не сразу дает возможность изучить помещение. Она мерцает, шипит, будто ругаясь, затем ярким светом бьет по глазам, вынудив жмуриться. Еще секунда — открываю веки, почему-то первым делом обратив внимание на кучу коробок у дальней стены и витающую в воздухе пыль. Затем на рисунки, которыми покрыта серая рыхлая стена. Звёзды.
Мне это чертовски что-то напоминает. И, мать вашу, я не хочу предполагать.
Опускаю взгляд, невольно сглотнув воды во рту.
Смотрю на нее. Она смотрит на меня.
И самое ужасное, что она будто не видит меня.
Райли сидит на коленях на полу, одной ладонью сжимает желтый мелок, другой опирается на стену. Взгляд пристальный. Кожа влажная, могу заметить, как она блестит на свету. Такой безумный кошмар в глазах, словно вместо меня видит кого-то другого. Свой самый дикий страх.
Остаюсь верным своей напряженной хмурости, но почему-то голос звучит вполне собранно:
— Что ты делаешь? — проскальзывает нотка непонимания. Не двигаюсь. Смотрю на девушку, которая, наконец, начинает моргать, опустив голову, чтобы видеть стену. Пальцы испачканы порошком мела. Они дрожат, но не столь заметно на фоне стучащих зубов и легкого подергивания головы. Янг борется с чем-то внутри себя, когда приоткрывает рот, желая дать ответ, но вместо слов вырывается обреченный эмоциональный вдох. Огромный глоток кислорода и пыли. Ей тяжело дышать.
— Райли? — хочу переступить порог, наклониться, дабы коснуться ладонью ее плеча и немного потрясти.
— Я-я буду считать, — она избегает контакта со мной, дернувшись в сторону от моей руки. Голос звучит с надрывом, и я вовсе не поражен, заметив в ее глазах слезы. Опять? Опять срыв? Но таблетки… Они должны были помочь. Почему она снова не в себе? Что за херня?
— Так, давай, — первым делом стараюсь взять себя в руки и переступаю порог, собираясь присесть на корточки рядом, чтобы взять девчонку под плечо. — Идем в комнату.
— Сейчас, мне только… — задыхается, продолжая отползать от меня, буквально насильно вжимаясь плечом в стену. Не оставляет попыток рисовать кривые подобия бледных звезд на рыхлой поверхности. Не смотрит на меня. Почему она боится?
Стоит говорить тише? Я опускаюсь на одно колено, всё же умудрившись осторожно коснуться пальцами плеча Финчер, и произношу с опаской, звучащей довольно тревожно:
— Эй… — не успеваю ощутить холод ее тела, как вдруг Янг ладонью хлопает по полу за своей спиной, резко вытянув в мою сторону острый складной ножик. От внезапности подскакиваю, успев защитить кожу щеки от касания острого оружия, и по привычке поднимаю ладони, пытаясь дать ей понять, что не собираюсь трогать ее.
— Так, — шепчу, с настороженностью перескакиваю обеспокоенным взглядом с ножика в дрожащих руках, который Райли сжимает обеими ладонями, не справляясь с панической судорогой:
— Не надо, пожалуйста, — плачет, смотря мне в глаза и еле покачивая головой. Каждый звук с таким усилием вытягивает из груди, что в моей глотке встает ком. Нервничаю, переступив с ноги на ногу, ладони продолжаю держать поднятыми у лица, перебирая пальцами холодный воздух:
— Успокойся, — говорить приходится спокойно, несмотря на совершенно противоположные эмоции, охватывающие организм. Янг со слезами убеждает меня, прижавшись плечом к стене:
— Я буду считать, — активно кивает, шмыгая носом, и одной рукой тянется к мелку на полу. — Сейчас, — повторяет, начав яро, даже с ненавистью выводить кривые звёзды на поверхности стены. Каждое движение полно ненормальной злости. Будто у нее что-то не получается. Слежу за ее нестабильностью, улавливая первые проявления агрессии, которые внезапно перерастают в явные: Финчер мычит, скорчившись, и с гневной руганью три раза бьет себя кулаком по голове, сжав пальцами мел:
— Сейчас! — надрыв. Голос скачет. Девушка жестко выводит звезды, продолжая держать ножик ко мне острием. И я смотрю на него, как завороженный, пытаясь сообразить, каким образом выйдет отнять его. Начинаю с осторожности, когда немного приседаю, одной рукой опираясь на пол, другой аккуратно тянусь к ножику:
— Ты можешь пораниться, — пальцами удается коснуться лезвия. — Отдай мне его, — предпринимаю попытку дотянуться до рукоятки, и у меня практически выходит, вот только Янг с испугом вздрагивает, рывком отдергивая нож в сторону:
— Нет! Я буду! — сажусь на колени, поднимая ладони:
— Эй, спокойно, — хмуро наблюдаю за тем, как она неосторожно размахивает оружием.
— Я считаю! — рыдает, вырисовывая что-то, отдаленно напоминающее звезды, слегка опустив ножик. — Считаю!
Не могу сообразить, каким образом с ней контактировать, поэтому вновь медленно тяну ладонь к ее запястью, чтобы удержать на месте руку с оружием. Финчер замирает, вдавив мелок до хруста в стену, и морщится, еле выдавливая с мольбой:
