— Я хотела почувствовать что-то… — указывает на снимки. — Что-то такое, знаешь? — потирает свое плечо, быстрым взглядом оценив выражение лица парня, который остается в молчании, наблюдая за её поведением. — Я оправдывала себя тем, что хотела помочь тебе, ведь ты выглядел в тот день ужасно, да ещё и эта веревка… — вспоминает, нервничая, вновь сложив руки на груди. — Я думаю, ты напился и хотел… — боится это произносить, оттого тянет, мямлит. — Повеситься. И я поступила не совсем обдуманно, считая, что тебе это поможет, но при этом думала о себе, — переминается с ноги на ногу, смотря в пол. — Я хотела чего-то получить, — выдыхает. — Просто хотела получить то, чего мне не хватало. Это было наивно и глупо, так что… То, как я потом ненавидела тебя, это неправильно, ведь в целом вся эта ситуация — моя вина. Глупость. Поэтому извини, что так обращалась с тобой. Ты ничего мне не должен был взамен, — крутит пальцем у своего виска, нервно усмехнувшись. — Это всё мои тараканы.
О’Брайен опускает взгляд, долгое время оставаясь хмурым, но ему есть, что ответить на услышанное, ведь его руки вовсе не чисты:
— Я тоже воспользовался тобой, так что, отчасти, мы оба виноваты, — ладони в карманах потеют от происходящего диалога. То, о чем они должны были давно сказать друг другу. Янг слабо растягивает губы, немного сжав их, и кивает, глотнув воды во рту. Глаза её смотрят на бутылку вина на столе.
Тишина. Недолгая.
— Я знал, что моя мать встречается с твоим отцом, — парень выглядит куда собраннее, когда открывает свои мысли, ибо это давно пылится в его сознании. — И я был не против насолить ей. Почему-то мне казалось, что секс с тобой как-то разозлит её, а в итоге она об этом даже не подозревает, — тихо цокает языком, вздохнув. — Но так же мне хотелось навредить тебе. Я злился на тебя, будто это ты с моей мамкой замутила, — Райли не может не улыбнуться и смотрит на парня, который так же растягивает губы, не игнорируя её смешок. — Но при этом… — откашливается, пальцами почесав лоб. — Я… — указывает ладонью на девушку. Та внимательно смотрит на него, немного приподняв брови. И её внимание вызывает скованность, что выводит Дилана из строя, заставив хрустеть пальцами:
— Я так же хотел что-то получить, — признается. Райли немного хмурит брови, заморгав, и продолжает выпытывать молчанием объяснение. О’Брайен смотрит на неё, его рот слегка приоткрыт. Всё. Ты начал. Тебе придется говорить.
Прикрывает веки, собираясь с мыслями, и открывает, выдавив с уколом неприятного смущения:
— Я хотел переспать с тобой, — сглатывает, нервничая, ведь Янг на мгновение опускает взгляд, после вновь установив зрительный контакт, но выглядит она немного сбитой с толку. Дилан явно не справляется со скованностью, оттого так активно жестикулирует ладонями:
— Я думал об этом и… — мнется, морщась. — Я хотел, считая, что смогу… — откашливается, указывая одной ладонью на девушку. — Получить от тебя то, что не получал от… — замыкается. — Неважно, просто, — сует руки в карманы кофты, сделав короткий шаг назад. — Грубо говоря, я хотел тебя не совсем в сексуальном смысле. Я просто хотел тебя, чтобы ты… — не может подобрать слов. Райли хмурится, но без злости. Она пытается понять. И, кажется, понимает. Дилан не способен продолжить. Он слишком открыт. Ему хочется закрыться, поэтому замолкает, не отводя взгляда от Янг, надеясь, что она правильно его поняла. Финчер с долей тревоги изучает его лицо, еле дернув головой:
— Я тебе нравилась?
Он даже сглатывает. Нравилась? Он чувствовал зависимость от человека, которого не знал. И это злило. Сильно.
— И ты игнорировал меня из-за Лиллиан? — догадывается.
Он игнорировал, потому что не знал, чего хочет, и боялся того, во что всё может вылиться. Но сейчас, после стольких событий, ему наплевать. Действительно наплевать на мнение матери, на свои сомнения, которые исчезли несколько недель назад.
Дилан О’Брайен признается себе. Он точно хочет Райли, но не в сексуальном плане. Ему необходимо её присутствие, её наличие рядом. Просто она. Просто с ним. Более он не требует.
Янг сжимает себя руками. Хмуро смотрит в пол. Раскладывает всё произошедшее между ними по полочкам, все ситуации, все стычки и всю ту ругань, которая их окружала. Смотрит на это с иной стороны. И новый взгляд вызывает новое понимание.
О’Брайен сжимает ладони в карманах, напряженно изучая её задумчивое лицо, и еле сдерживает желание покинуть помещение, видя, как девушка сильнее сдавливает пальцами свои локти, когда начинает заикаться:
— Я-я… — нервничает, думая о том, что изначально её ничем не привлекал О’Брайен. Она не думала о нем. Её мнение менялось медленно. Не было никакой резкой вспышки чувств. Всё это возникало в её груди постепенно, короткими ударами и уколами.
Всего несколько месяцев назад она бы уверенно заявила, что он её совершенно не интересует. Ни внешне, ни внутренне.
А сейчас…
