Заканчивает с поливкой растений, занимающих подоконник, и оглядывается, убеждаясь, что больше тут нет цветов. Можно, наконец, покинуть это помещение, которое не вызывает родных чувств. Теперь это точно не её комната, ну и пускай. В кабинете мамы куда теплее и приятнее находиться. Девушка сжимает ручку лейки, сделав пару шагов по направлению к двери, но внимание привлекает кровать, а точнее черный уголок, по всей видимости, тетради, выглядывающий из-за мятой подушки. Райли какое-то время стоит на месте, прислушиваясь к собственным мыслям, что вовсе не просят её лезть не в свое дело, но легкий интерес берет верх, поэтому подходит к кровати, поставив лейку на тумбу. Нагибается, осторожно вынимая небольшую тетрадь в темной твердой обложке, и вертит в руках, выпрямляясь. Рассматривает внешний вид, понимая, что на школьную тетрадь это не тянет, скорее всего, внутри пустые листы без клеток или линеек. Так оно и оказывается. Райли открывает где-то на середине, заморгав с легкой хмуростью на лице, ведь не совсем понимает, что видит: эм, каракули. Нет, правда. Словно человек просто берет карандаш и начинает водить им по листу, активно и с сильным нажимом. Будто в этот момент он ощущает что-то давящее, поэтому выходит так резко. Судя по тому, что у корешка тетради надломленные кончики грифелей, парень довольно сильно давит пишущим предметом на листы, отчего те не выдерживают и ломаются. Разворот, что открывает Райли, заполнен этими «каракулями», и от этого выглядит таким черным, мрачным, и девушка не может сказать, по какой причине на её лице возникает всё больше озадаченной хмурости. Вроде… Ничего тут и не изображено конкретного, но цепляет взгляд, не позволяя его оторвать. Хочется изучить каждую линию, и, благодаря этому, Райли замечает на обратной стороне одной из страниц слово, но не может разобрать, поэтому собирается перевернуть, вот только тихая музыка помогает быть в курсе происходящего.
Шаги.
Черт возьми, лишь бы отец или Лиллиан.
Слишком нервно бросает тетрадь обратно, накрыв одеялом, и хватает лейку, начав топтаться на месте, как растерянная мартышка, после чего резко возвращается к подоконнику, расправив плечи и делая вид, что занимается поливкой растений. Прислушивается. Может, кто-то из взрослых просто вышел в уборную? Боже, ощущение такое, что Райли воришка, незаконно пробравшийся в чужое владение. Девушка качает головой, выдыхая. Самой смешно от своего детского поведения. По крайне мере, больше никаких звуков из коридора, значит, можно не паниковать и…
— Матерь Божья! — девушка вскрикивает, на выдохе, когда оборачивается, совсем не ожидая увидеть на пороге парня, стоящего с таким выражением лица, будто видит перед собой не одетую, а голую особу. Райли прижимает к груди ладонь, после опускает чуть ниже ребер, и переминается с ноги на ногу, хмурясь и распахивая рот с возмущением:
— Почему ты такой тихий? — вопрос, который в другой ситуации имеет большую значимость, а сейчас звучит, как замечание. Да, Дилан тихий. Он всегда был таким.
О’Брайен моргает, поднимая брови, ведь ждет объяснений от девушки о её нахождении в его комнате, и та это чувствует, поэтому кое-как принимает невозмутимый вид, дергая лейкой в воздухе:
— Цветы поливаю, — отворачивается к подоконнику, пользуясь моментом, пока он не видит её лица, и выдыхает, широко распахнув глаза. Ведь могла попасться, тогда не отвертеться. Кто знает, как бы парень отреагировал.
— Я не разрешал входить, — Дилан с недоверием озирается, изучая комнату, будто считая, что Райли что-то трогала.
— У меня была договоренность с отцом, что я имею свободный доступ в это помещение раз в неделю для уборки, — девушка поднимает лейку, но воды уже нет. Окей. О’Брайен морщится, сунув ладони в карманы джинсов, и подходит ближе, остановившись в двух-трех шагах от Янг-Финчер:
— Думаю, стоит договариваться со мной, а не с ним, и мне не нравится то, что ты так спокойно сюда заходишь.
— Тебя это не касается, — просто смотри на растения, просто делай вид, что ты занята, да, трогай листья пальцами, снимая с каждого пыль. Дилан хмурит брови, немного сощурившись:
— Эм, нет, пока я здесь живу, я…
— Ничего не решаешь, — Райли опять начинает кривляться, но не желает поворачиваться к парню лицом, ведь и без того чувствует его растущее раздражение. О’Брайен сверлит взглядом её затылок, пристально смотрит, будто хочет силой мысли взорвать голову девушки, но параллельно с этим начинает нагло рассматривать её внешний вид, чтобы в итоге произнести обидное:
— Выглядишь ужасно, — правда? По-моему, её внешняя неряшливость смотрится очень забавно и мило: клетчатая большая для такого тела рубашка зеленых оттенков, из-под которой выглядывает край серых шорт, собранные в хвостик нерасчесанные волосы, а ноги под защитой белых носочков.
Реагирует она с достоинством, оглянувшись на парня с натянутой улыбкой:
— Сказала бы, что думаю о тебе, но ты и так знаешь, — вновь отворачивается, начав передвигать горшки, чтобы на растения попадало больше света.
— Не трогай мои вещи, — уже слишком раздраженно.
