Отдыхай, мама. Ты меня знаешь, я и сам долго не продержусь на открытии. Убегу при первой же возможности.
Оливия покачала головой.
С Эрин?
Ах, да… Ну, она не даст мне скучать.
Роза будет там?
Конечно. Я весь персонал туда затащил.
Ну, тогда я спокойна за тебя. Уж, Роза никому не даст заскучать.
Легкомысленное окончание беседы с матерью было как нельзя кстати и Ллойд со спокойной душой отправился проживать день, который сулил сегодня только суету.
Батарея тепловых пушек была призвана сохранить дражайших гостей в тепле. Ковровая дорожка, которая тянулась с самой парковки была вырвана из холодного плена зимней погоды и к немалому удивлению приглашенных, морозный воздух не накидывался на них, когда они покидали свои уютные и прогретые автомобильные салоны.
Дамы смело дефилировали в роскошных нарядах, а мужчины не обременяли себя верхней одеждой демонстрируя дорогие смокинги.
В то время, как люди упивались собственным видом под вспышками фотокамер, демонстрируя его публике попроще, куда труднее приходилось обслуживающему персоналу и артистам, управляющимся со слонами в расшитых попонах. Животные вели себя покорно и флегматично, их гоняли на репетиции к зданию нового офиса Рауфа Каддаса целую неделю и непременно после заката, чтобы звери прошли своего рода акклиматизацию.
Поднимая хоботы в знак приветствия и под действием незаметных жестов, которые побуждали выполнять ту или иную команду, великаны, гармонично смотрелись среди пестро разодетых гимнастов и акробатов, которые чуть ли не по воздуху летали. Сложная подвесная система лонжий сливалась с черным небом, создавая простор для фантазии организаторов открытия.
Некоторые гости направлялись сразу в огромный холл здания «Капли», а кто-то оставался на улице, убедившись, что простуда им не грозит, чтобы ещё полюбоваться на представление и поглазеть на прибывающую публику.
О нет! Посмотри это Саймон Бэлрой!
Аманда Легенмур, боже, какое платье.
Джерри Таккервуд.
Не смотря на собственную статусность, впечатлительные гости, молодые и не очень, не сдерживаясь выказывали свое восхищение, завидев знаменитых музыкантов, спортсменов, деятелей культуры, художников или писателей. Рауф приветствовал гостей лично, стоя у главного входа и наслаждаясь их и похвалами с наигранно скромным видом.
Его бессменный помощник, низкорослый мужчина, скромной комплекции тенью стоял позади своего босса и едва заметно подсказывал имена и сферу деятельности тех, кто направлялся для приветствия к мистеру Каддасу.
Рация в руках мужчины щелкнула и искаженный прибором голос коротко сообщил, что Ллойд Грэнсон прибыл.
Огромный черный джип остановился напротив ковровой дорожки, элегантно одетый мужчины открыл дверцу и помог женщине выбраться их машины, Ллойд появился через пару секунд, в то время как худенький парнишка сел за руль, чтобы отогнать автомобиль на парковку.
Это появление вызвало волну аплодисментов, ибо Рауф постарался, чтобы имя архитектора не сходило с уст нью-йоркской богемы несколько месяцев, полностью отдавая заслуженные лавры изумительному творению талантливого человека.
Каддас направился к Ллойду, с удовольствием ловя в толпе подвизгивающие звуки восторга от присутствующих дам, которые от любопытства вытягивали свои шеи, дабы рассмотреть красавца архитектора. Кто-то с вожделением заглядывался на Ллойда, кто-то вздыхал, видя, что мужчина прибыл не один, а в сопровождении подружки-красотки, а кому-то даже наличие пары не обрывало надежду на приятное знакомство.
Светские львицы, которых можно было отнести к старожилам подобных мероприятий все как одна морщили свои носики и придирчиво окатывали надменными взглядами чудесный наряд Эрин, который потрясающе гармонировал с прической и головокружительными каблуками изящных туфель.
Эрин сияла, как изнутри, так и снаружи, чему немало способствовали каскадом свисающие с аккуратных ушек тяжелые бриллиантовые серьги. Платье нежного розового оттенка было украшено филигранной вышивкой и Эрин удалось удивить ценой даже своего отца, который сам вызвался побаловать дочурку. Сшитое на заказ платье везли из Милана спецрейсом, вместе с обувью, над которой корпело два мастера в течении месяца. Это был бич всех богатых и избалованных людей — только превосходные степени, дороже, лучше, эсклюзивней… Так они могли ощутить искреннюю радость и успокоить свое самолюбие, в то время как некоторым гостям, прибывшим на открытие вполне можно было колоть успокоительное только из-за того, что им удалось прокатиться на лимузине.
Этих простачков было ровно девять человек, они стояли едва не прижавшись друг к другу, ни в какую не соглашаясь пропустить почти голливудское зрелище. Впереди этой компании стояла маленькая женщина с любительским фотоаппаратом в руках. Завидев Ллойда Грэнсона, она сунула два пальца в рот и пронзительно засвистела, приветствуя шефа.
Роза, на нас смотрят, — мужчина преклонных лет, стоявший рядом с укором взглянул на свою жену.
Коля, такой успех! Посмотри и это все благодаря ему, — Роза едва сдерживала слезы.
