Заслон встретил отряд ефрейтора Ковалёва настороженно. Микола с Тимохой были одеты как все прочие бойцы Красной армии, а на каске Ивана была приколота красная звёздочка. Правда оружие было всё трофейное, но документы людей и предписание о направлении отряда в госпиталь города Киева. Придраться конкретно было не к чему и Иван был уверен, что вскоре их отправят дальше. Как максимум их могли направить в местные органы НКВД, что обеспечивало проход в город без особых проблем. К этому всё и шло, но шесть девушек медичек в трофейном камуфляже и с трофейным оружием для командира заслона, старшего лейтенанта были как магнит. Начались расспросы. Старлей решил показать свою значимость для некоторых штатских. Он тоже не пустое место и является здесь и сейчас очень значимой фигурой. Вот здесь, героическая рота, под командованием старшего лейтенанта, остановит на этом рубеже Вермахт и погонит его до самого Берлина. Почему нет? Откуда было знать старлею, что эти штатские уже были в бою. Форма на них висела, как на корове седло, а оружие в руках было насмешкой над здравым смыслом. И как говорится, старлея понесло.
Выяснилось, что старлею дан приказ, лично сопровождать всех задержанных на заслоне или передавать таких старшим начальникам, что прибудут из города. В общем, старлея понесло не на шутку от личной значимости. Пришлось упростить ситуацию и спокойно ожидать своей участи на заслоне самодура и губошлёпа.
Иван, как старший в отряде испросил разрешение у героя старлея заехать в лес, чтобы не демаскировать заслон. Поскольку было понятно, что ждать препровождения в город отряду придётся долго. Поскольку движения между городом и заслоном не наблюдалось. Штатским находиться на военном объекте никак не положено, а их здесь целых шесть человек, поскольку девицы присягу не принимали. Вдруг разболтают чего лишнего? Ивану виновным быть не хочется. Приказ есть приказ, значит, постоим за кустами и деревьями да подождём в сторонке, а заслон пусть несёт службу. Иван это довёл до старлея.
Вроде и не сказали старлею ничего обидного, да только отбрил ефрейтор старшего командира, носом ткнул в нарушение устава караульной службы, кровью писаном. Поэтому отрядил старлей бойца, чтобы присмотрел тот за задержанными. Указал бойцу, чтобы телегу и людей с лошадьми не было с дороги видно и не могли бы задержанные рассмотреть схему позиций заслона. Получалось, что старлей не просто обиделся, а очень сильно осерчал. Да и пусть, это его проблемы.
У Ивана проблем для решения больше чем достаточно у себя в отряде. Лошадей надо напоить, людей проверить на проблемы ног при пешем марше и время для приёма пищи вполне подходящее. Можно и чаи погонять, заварив травки, омытые дождём. Лошадок напоили из лужи, которая не успела высохнуть после ночной грозы. За водой для чая местный боец сходил сам, знание, где она есть, это тайна! Что такое военная тайна в отряде Ивана знали все, даже штатские гражданки. Правда, продержалась эта тайна недолго.
Простая душа у русского человека, напои его шнапсом, те самые боевые сто грамм, накорми и дай чая с сахаром напиться, вот и все своими становятся, а от хорошего человека, тем более красноармейца, какие тайны? Тем более, если закурил табачок трофейный. Своего нет, вторые сутки уши пухнут на мокрой траве и прошлогодних листьях.
Может и есть на свете прочие занятия, которые нравится делать людям вечно, но самое главное из тех занятий, это слушать новости. Даже малые крупицы любой информации имеют свою значимость. Ценность информации на войне вообще стоит иногда жизни. После полученных знаний обстановки вокруг отдельно взятого пришедшего от самой границы артиллерийского гаубичного полка, чуйка начала в очередной раз вопить о необходимости немедленного драпа поближе к Киеву и подальше от этого места. Не потому, что это прописано в неком предписании, а потому, что начиная с границы и первого перехода полка вглубь страны, через каждые двое суток немцы догоняли полк и он принимал бой. На удивление ни разу не пришлось побывать ему под бомбёжкой, хотя иногда орудия вели огонь по немцам с утра и до полдня. Вот где брали снаряды и прочее понять трудно. Простому бойцу этого знать не положено.
Простой боец должен на службе жить на всём готовом и выполнять требования устава, а если война, то идти в поход и защищать родину. Только тяжёлая это доля для бойца Красной армии, старлей вообще зверь. Приснул боец в карауле под шум дождя и вот вместо отдыха, как все в его взводе приходится красноармейцу Петрухе бодрствовать. Этот казус ему командир роты объяснил просто, ударом под дых и убойным пояснением, что кто спит ночью работает днём и наоборот. Старлею что, он два офицерских пайка получил, а остальные в роте только по одному. Правда, покормили их хорошо при занятии позиции, с добавкой, так и старлей от той каши не отказался. Сухпай на вторые сутки смололи, утром, а ночью в карауле ноги топтать сил не было. Вот и решил немного постоять у дерева, а старлей сразу в крик и под дых задвинул.
