– Виноват товарищ капитан. Благодарю за разъяснения. Разрешите покинуть полигон?
– Да двигай отсюда и побыстрее, где вас таких находят! На фронт бы вас, чтобы там мозги вправить!
– Виноват, товарищ капитан. Я уже воевал.
– Вот как? Не понравилось видимо, потому в тыл определился?
– Немцы определили меня на излечение в госпиталь, испугались они меня очень.
– Вот даже как? Отчего бы это?
– Я им бронеединицы не единожды подбивал и уничтожал, а потом по мелочам, десяток машин вывел из строя, несколько даже затрофеил, да при этом немцев лично около десятка убил.
– Здорово пули льёшь! Уж не в голову ли раненый ты сержант?
– Так точно, в голову, товарищ капитан. Прикладом били.
– Понятно, понятно. Ну, счастливо сержант, заболтался я с тобой.
Капитан посмотрел на Ивана и пошел к группе курсантов. При этом выражение его лица повторяло нечто похожее с классическим – «Павлины говоришь?» Впрочем, увидеть это на спине у капитана не представлялось возможным. Даже, если нечто подобное Иван и увидел бы, то прошел не заморачиваясь. Теперь у него есть документ водителя и этого более чем достаточно. Что касается оценки в этом документе, то ничего очень страшного, знания, это дело наживное. Хорошо бы эти знания, в некой библиотеке или книжном магазине отыскать для чтения и общего развития. Лучше прямо сейчас, пока капитан Соломин вырабатывает линию поведения органов в своём лице относительно нового водителя сержанта Ковалёва. Как ни странно, а инициатива сержанта посетить библиотеку и книжный магазин с техническим уклоном возражений со стороны капитана из органов НКВД не встретила. Наоборот.
Что касается библиотеки, то умных до Ивана в ней побывало более чем достаточно. Всем прочим любезно предлагали читать книги за столом читального зала. От чего с глубоким вздохом Иван отказался. В книжном магазине дела обстояли вполне благополучно. Относительно. Продавалось кое – что по общему устройству автомобиля и техническая механика для учащихся по специальности «Автомобилестроение». Иван к книгам по технике прикупил словарь и самоучитель по немецкому языку. Дорого. А вы как хотели? Букинистический отдел, это, то место где всё есть, но где цены на ходовой товар злее голодной собаки.
Капитан госбезопасности просмотрел четыре книги, а потом сказал, что по немецкому языку он может Ивану разговорник дать, поскольку в книгах для штафирок военных терминов нет, а их знать надо. В общем, вечером капитан посетит Ивана с визитом. У капитана тоже дежурство намечается этой ночью, да и документ обмыть надо. Особенно такой. Вот и гадай Ивану, кто есть особист Соломин?
Первыми документ, перед уходом по домам, обмыли работники гаража. На это пришлось потратить пару бутылок самогона. Закуска часть с кухни, а часть трофеи. Кухне за хлопоты уплачено было мёдом. Традиция, дело хорошее, но когда застолье через день, то карман любого счастливца стремительно пустеет. Тем более, когда Ивану приходится накрывать поляну не единожды по одному и тому же случаю. Соломин пришел, сразу, как последний работник гаража ушёл с территории госпиталя. Ничего удивительного, дежурному на крыше видны не только самолёты в ночном небе, но и люди, идущие по земле.
Посидели и поговорили Иван с Соломиным очень далеко за полночь. Капитан госбезопасности принёс, как и обещал компактный русско – немецкий разговорник с военной тематикой, новый, пахнущий типографской краской. Не подарок, а на время, но не насовсем. Застолье было вполне шикарное, поэтому начальник особого отдела госпиталя пытал ума у Ивана, пытаясь узнать, как тот до такой жизни докатился и при этом одновременно вербовал, обещая все возможные блага честного и отзывчивого к нуждам органов государства человека.
Агентом Иван не стал. Просто разъяснил своему другу, товарищу из НКВД, что с головой у Ивана огромные проблемы. Так зачем из – за этого страдать хорошим людям из органов? Вот ляпнет Иван глупость или дурь в него поселится и что тогда? Чей зад отвечать будет за дела больного, тем более практически комиссованного человека. Одна будет ситуация, когда агента вербанули нормального по всем справкам и совсем иной расклад, если справки указывают на больного, который болен на всю голову. Тут ничего не поможет, и отмазаться не удастся.
Только не так был прост капитан госбезопасности, единый в трёх ипостасях. Аргумент с больной головой он принял, но попросил внятно разъяснить одну мелочь. Каким образом дурак дураком на всю голову, сумел наделать таких дел в деле боевых действий против Вермахта, что в это поверить трудно. Если только поверить можно. Не справка в органы НКВД о боевом пути отряда под командой ефрейтора Ковалева, а бред. Вокруг армии отступают, дивизии гибнут, а ефрейтор Ковалев громит врага и одерживает победы. Что – то тут не так. Или как?
