В общем, Иван напрочь отказался что – то объяснять или писать любые бумаги ни в особый отдел госпиталя, ни в отдел НКВД города Киева до своего излечения от пограничного сумеречного состояния. Правда, при этом он не забыл через привезённых бойцов сдать рацию, документы, личные вещи, оружие и боеприпасы в особый отдел госпиталя. Что касается продуктов питания подаренных и трофейных, то лохань с малосольными огурчиками он отдал, а всё остальное прикрыл в своей каптёрке механика, она же кладовая в боксе с пикапом. Относительно судьбы полуторки группы НКВД, ему на неё было прямо скажем, наплевать. Их машина, вот пусть и переживают, а механик гаража госпиталя на больничном листе, по служебным обстоятельствам!
Уклониться совсем от описания событий на лесном хуторе Иван не смог в силу обстоятельств. Он всё же командир одной из трёх групп, принимавших участие непосредственно в боевых действиях. Доклад был сух и краток. До пошлого, как «пришел, увидел, победил» он естественно не опустился. Прописал, что такого числа, в такое время, был доставлен со взводом охраны к хутору и получил устный приказ следующего содержания. В результате боя приказ выполнен, противник уничтожен, взвод понёс потери. После боя убитые захоронены, списки захоронений с документами убитых прилагаются. Раненые и материальные ценности доставлены и сданы в госпиталь. Отдельные моменты боя и события после, можно уточнить у раненых бойцов взвода охраны.
Вспоминать, что – то при шуме в голове и проникающей в череп звенящей циркулярки Иван не желал категорически. Что он мог тогда сделать, он лично сделал. Отвечать за чужие приказы, содержания которых он не знал, это несусветная глупость. Ему дали приказ, и он его выполнил. Выполнил, как сумел, враг разбит, победа за нами.
Сотрясение мозга и контузию диагностировать у Ивана для врачей госпиталя было совсем не сложно. Одной контузией больше или меньше, это никак не изменит сам диагноз. Что касается рабочих обязанностей Ивана в должности механика, то он свою задачу выполнил и запчасти раздобыл. Кроме запчастей Иван нашел людей способных водить автомобиль. Одного точно, а второго тоже можно использовать в таком качестве. На крайний случай, второй что – то знает и что – то умеет. Как минимум, стажёром под присмотром он вполне в гараже сгодится. Три с половиной водителя, это не шесть, но это намного лучше, чем всего два человека на пять машин.
Однозначно, начальственный состав госпиталя был доволен, ну, кроме особиста Соломина. Ему ведомственный интерес был ближе, чем интересы госпиталя. Что – то там в его ведомстве не могли разобраться с щекотливым моментом похода за зипунами к немецким парашютистам. Слишком много в этом деле было порубанных бомбами и пострелянных немцами работников НКВД. Начальству хотелось избежать клизмы.
Система избежать наказания отработана и работает чётко, если не упущено время и весть не дошла до начальства. На первом этапе есть уловка, когда сообщают о событии и ставят вышестоящих перед фактом уточнения фактов. Уточнение, это повод затянуть доклад и найти всё же виновника. Понятие стрелочника из чужих, это аксиома. Если такого не найти, то это катастрофа. Проще взять и нагадить самому себе на буйну голову, впрочем, это одновременно поставит под удар всю касту. Такое никому не прощают. Что там хотели органы через капитана Соломина провернуть, это Ивану было не интересно, но он знал, что надо всегда держаться подальше от неудачников.
За операцию против десанта, если сочтут нужным, могут даже наградить. Дело громкое и скандальное, трупов горы, выражаясь фигурально, а это всегда луч света от будущей награды. Горы трупов при одержанной победе, подчёркивают мужество и героизм. Победа оттеняет и подчёркивает талант полководца. Если без трупов, то это вроде и не победа, а некое недоразумение. Впрочем, для НКВД более важен момент захвата в плен противника и без потерь в собственных рядах. Именно такая специфика, но не в этот раз. Война!
Коготок в деле немецкого десанта у Ивана завяз, но так именно Иван и разрубил этот гордиев узел, а вот прочие не смогли! Это при том, что операцию разработали люди в званиях и с большими заслугами. Вот и пусть докладывают, что задача выполнена, а цель достигнута. Победа дорогая и кровавая, но цель оправдывает любые потери. Если в докладе Ивана и бойцов взвода охраны, что ни так, то пусть разборки делают сами у себя. Только тогда награду никто не получит, но никого и не накажут. Только как отказаться от награды, которая была так близко, так возможна?
Определить вклад выживших в бою бойцов Иван не мог, он просто не видел, кто и что сделал в бою. Можно было отметить расчёт пулемёта, это без всякого сомнения. Их заслуга огромна, в организации завязки боя при выходе десанта из хутора. Подавление пулемёта, это тоже их заслуга. Что касается определения, сколько немцев, кроме пулемётчика на их счету, то это неизвестно. Пусть бойцы сами определятся, кто из них достоин награды, а Ивану и своего хватит, если отдадут.
