Вот тут-то многие и стали покрываться липким потом. Всё ж изначально они шли воевать не больно грозного и даже несколько привычного противника. А тут, нате вам здрасьте, ты вдруг оказался в одной лодке с Россией, Францией и Великобританией, либо же с Германией, Италией и Австро-Венгрией. И не просто оказался в одной лодке с ними, а летел при этом на максимальной скорости навстречу визави, грозя расквасить себе нос в лепёшку при неминуемом столкновении гигантов.
Что при этом всём было удивительно услышать персонально мне, вступились в этот раз мы официально не за сербов, а за греков!
А уж как сильно удивился греческий король — известный в высшем обществе германофил, что оказался в противоположном лагере по отношению к своим кумирам, да ещё практически на первых ролях!
Что же, тут британцам следовало отдать должное. Конкретно эту карту они разыграли чётко, как по нотам. Им даже России обещать Босфор с Дарданеллами больше не имело смысла, имея греческую армию и военно-морские базы под рукой. Плюс можно было итальянские колонии теперь себе присвоить.
Обыграли всех, короче хитрые островитяне. Вот как есть обыграли! Был бы солидарен с ними — аплодировал бы стоя.
Один лишь фактор только не учли они — меня с папа́! А потому конец вообще у всей этой истории отныне должен стать другим. Не тем, что помнился мне превосходно памятью себя былого.
Единственное, сперва необходимо было выжить. Мне! Да и не только мне! Тут цифры шли на миллионы жизней!
— Промахнись, промахнись, промахнись, — раз за разом повторял я, словно мантру, наблюдая через защищённую блоком триплекса смотровую щель, как в мою сторону ведёт стрельбу полноценная батарея полевых орудий немцев.
Потянув на себя правый рычаг, я чуть подправил направление движения своей боевой машины, чтобы обойти справа горящую, как факел, танкетку Т-3, броня которой никак не могла выдержать прямого поражения любым снарядом.
— Бам! Бам! Бам! — не столько услышал, сколько внутренне почувствовал я звуки наблюдаемых мною прямо по ходу движения трёх разрывов 77-мм гранат, поднявших в воздух тучи пыли и куски земли.
— Цзонг-цзонг-цзонг-цзонг-цзонг-цзонг-цзонг-цзонг-цзонг-цзонг-цзонг! — а это я уже великолепно расслышал, как по броне прошлась картечь. Мы находились примерно в 500 метрах от немецких артиллеристов и потому те, покуда совершенно не понимая, с чем именно имеют дело, в соответствии со всеми наставлениями перешли на картечные снаряды.
А что нам та свинцовая картечь? Тьфу! Плюнуть и растереть! Это вам не шрапнель, поставленная на удар! Вот уж что могло нас гарантированно прикончить! Видал я как-то раз в музее танк ИС-2 с ранами на лобовой броне, оставленными подобными снарядами. Будто какой-то мелкий, но безумно сильный спрут попытался сдавить его корпус своими щупальцами, но лишь оставил на той много-много глубоких вмятин, вытянутых ровными линиями из геометрического центра. И это, блин, ИС-2 с его 100-мм брони! Что называется — внушает! В том числе и трепет!
— БАМММ! — пока все остальные пушки осыпали нас «свинцовым горохом» одно из полудюжины орудий, по всей видимости, второпях зарядили фугасной гранатой и порождённый ей цветок взрыва на корпусе уже подбитой танкетки, сорвал с той пулемётную башенку, которую в свою очередь с силой впечатало в борт моего танка.
Вот честное слово, как внутри колокола побывал! Когда по тому саданул чем-то очень тяжёлым безумный звонарь.
С другой же стороны, это было неплохо, что башенку впечатало именно в борт, а не забросило ту чётко мне под гусеницы, к примеру! А то, налети я на неё даже на своей черепашьей скорости в 15 км/ч, гусянку вполне себе могло порвать или же сорвать с направляющего колеса.
Это во всяких художественных фильмах танки безбоязненно и сквозь лесные рощи прорывались, играючи валя деревья, и по полям рассекали на таких скоростях, словно мчали по шоссе. Тогда как в жизни всё было по-другому.
Вот не заметил мехвод какого-нибудь трухлявого пенька или же выпирающего из земли булыжника и прощай ходовка. Мигом грозная боевая машина превращается в неподвижную стационарную огневую точку. Что могло стать смерти подобно в складывающихся обстоятельствах, когда мы «неслись» в лобовую атаку на позиции вражеской артиллерии, которая до того свыше часа кошмарила авангард нашей 2-й гвардейской кавалерийской дивизии.
Вот повезло, блин, этим конникам, что мы в трёх соснах заблудились!
Мы — это ремонтно-восстановительный батальон 1-й гвардейской мотострелковой дивизии. Сама дивизия ещё с первого дня, как отдали приказ на наступление, умчалась далеко вперед захватывать город Тильзит, а нам, как и всем прочим тыловым подразделениям, банально не хватило места на дорогах. Пришлось стоять и выжидать, пока по ним сперва пройдут три гвардейских кавалерийских дивизии, вслед за которыми и потянулись уже мы.
Потянулись неспешно, поскольку, не смотря на поголовную моторизацию нашего бравого батальона, по дороге то и дело приходилось останавливаться.
