С появлением Нейлины все изменилось. Эмоции принцессы были яркими, насыщенными, живыми. Страх девушки кислил на языке терпким лимоном, ненависть обжигала горечью подгорелых лепешек, волнение было тягучим и вяжущим.
Погружение в воспоминания принцессы причиняли боль, но он все равно продолжал жадно пить чужие чувства. Острые и резкие, с примесью дурмана, они пекли огнем, выжигая тьму и вынуждая сбросить оцепенение.
Из свалившейся на голову служанки Нейлина превратилась в лекарство. Она была искренней, открытой, настоящей. И позволяла испытать то, что чего он был лишен
Несмотря на то, что он заставил ее прислужить, Эш продолжал называть девушку принцессой. Так было правильнее, безопаснее, легче. Имя жгло мужчине язык, будило что-то давно забытое. Запретное.
С появлением девушки пустое, холодное и мрачное поместье оживало на глазах. Впервые за долгие годы, кроме плача и проклятий, в нем зазвучал звонкий голосок и веселый смех. Дом наполнился теплотой и светом, воздух вкусно пах кашей, душистым свежим хлебом и ранними яблоками. Правда, гораздо чаще из кухни шел дым и в коридорах тянуло гарью, но разозлиться на принцессу отчего-то не получалось и вместо ожидаемого раздражения в груди пушистым котом свернулось умиротворение.
Чувствуя, что с каждым днем привязывается все сильнее, он отгородился. Не давая понять, как ломает его изнутри, давал легкие, обыденные поручения. Больше не трогая память принцессы, безжалостно вламывался в сознания других.
Приход Кайриса ударом молнии расчертил все на до и после.
Когда Эш смотрел воспоминания, жених Нейлины не вызвал у него никаких эмоций, кроме недоумения и брезгливости. Окрыленный, патетичный мальчишка, мало что смыслящий в жизни.
Только вот Кайриса любила принцесса.
Впервые увидев, как глаза Нейлины вспыхивают искренней радостью, Эш позавидовал. И возненавидел паренька.
Принцесса тянулась к жениху, не выпуская его руки и жадно ловя каждый взгляд, а внутри бушевало и ревело что-то большое и злое. Собственная зависть оказалась желчной и липкой. Она выпускала острые когти и рвала грудь в клочья. От нее кружилась голова, перехватывало дыхание, а во рту ощущался противный металлический вкус.
Пожалуй, он никогда не решился бы пожелать большего.
Нейлина была слишком красива, слишком невинна, слишком добра, чтобы принуждать ее.
Только вот она пришла сама. Одного взгляда на девушку хватило, чтобы у Эша перехватило дыхание и болезненно защемило в груди.
Тонкая фигурка в облаке белого щелка. Рассыпавшиеся по спине огненные локоны. Вспыхнувший на щеках трогательный румянец
Чужое счастье, чужое удовольствие, чужая любовь. Заключенный договор заморозил чувства, и у мужчины больше не было ничего своего. Эш заставил себя смириться с холодной пустотой внутри, перестал обращать внимание на поселившееся сосущее чувство возле сердца, только вот еще никогда пустота не ощущалась настолько остро.
Внутренний голос твердил, что он делает ошибку, но накатившее желание заглушало все доводы разума. Ощутить себя живым, не подглядывать в воспоминаниях и самому почувствовать хмельную сладость поцелуев.
Это было так легко. Шагнуть вперед, заключить принцессу в объятия и впиться жадным поцелуем в добровольно подставленные губы. Пить, пить и пить упоительно лакомые эмоции. Ароматная, брызжущая соком вишня. Тающий во рту сахарный мед. Терпкая и пряная нота забытого удовольствия.
Казалось бы, его совесть чиста. Эш не приказывал принцессе, напротив, она сама убеждала его согласиться, принять щедро предложенный дар.
Только вот широко распахнутые глаза блестели от слез, а тело сотрясала дрожь.
Принуждение может быть любым. Не обязательно удерживать силой или шептать заклинание, есть и другие способы.
Эш знал, что стоит угрозе миновать, и Нейлина бросится бежать со всех ног. Лишь желание спасти жениха удерживало ее на месте, заставляя улыбаться и отвечать на поцелуи.
Фальшивка. Иллюзия любви.
Ненависть к сопернику вспыхнула черным пламенем, выпустила щупальца, оплела сердце. Не станет его, и принцессе не на кого будет смотреть влюбленными глазами.
Лучше не иметь ничего, чем довольствоваться объедками!
Мысль, что прямо сейчас Нейлина представляет перед собой Кайриса, сводила с ума. Заставляя нарочно требовать большего, проверяя, как далеко принцесса готова зайти ради своей любви. Целовать развязно, порочно, откровенно. Прижимать, буквально вплавляя в себя, вынуждая задыхаться и задыхаясь самому.
Желание поднялось тягучей, густой волной. Сладкое безумие кружило голову, застилало глаза, стягивало горло удавкой. Слишком остро. Слишком ярко. Слишком близко. Разум и тело плавились в огне, пламя текло по венам, требуя большего.
А Кайрис… Что ж, он и раньше делал плохие вещи.
ГЛАВА 4
Утро наступило неожиданно. Открыв глаза, Нейлина резко вскочила с кровати.
Комнату вовсю заливал солнечный свет, солнце весело подмигивало с небосвода.
«Проспала! Как я вообще могла заснуть?!»
