– Если тебе не нравиться пример с убийцей, то, то же самое могу сказать о сыщиках, например, в ряды которых я, быть может, встал бы с большим удовольствием. На них лежит ещё более важная миссия – их задача остановить этого убийцу, тем самым на деле, согласно высшему закону, спасти жизни людей. Это не условные банковские операции…
Приятели замолчали, потому что второй приведённый пример был явно неудачным и никак не мог скрасить сложившегося тягостного впечатления. Между тем Политов затушил свою сигарету и достал следующую.
– И всё же, я думаю, дорога у каждого своя, – пытаясь сказать это как можно развязанней, весело произнёс Ланц, но было видно, что он остался поражён идеей своего друга, и это потрясение родило в нём какую-то глубокую, ещё не совсем даже ему ясную мысль. – Каждый должен делать своё дело. В этом-то и есть весь смысл и равновесие в Мире, – а потом зачем-то добавил. – То, что внизу, то и вверху, а то, что вверху, то и внизу – вот главный закон.
Политову эта фраза почему-то порезала слух, а Ланц между тем продолжал:
– А что именно делать, так это уж каждый должен решать сам. Кому-то нравится горох, а кому-то чечевица. Всем не угодишь.
– Нет, – откинувшись на спинку кресла, замотал головой Политов и выпустил тонкую струйку дыма. – Дорога у всех непременно должна быть только одна, иначе, зачем мы так похожи, зачем любим, в идеале, одно и то же, зачем, в конце концов, мы все люди, с разумом и душой? Наверняка есть один единственный правильный путь, который и приведёт человечество к всеобщему благу – к раю на земле, если хочешь. И тогда, и только тогда будет всем счастье! А всё, что мне предлагает сегодняшний мир – я отвергаю. Я не верю в эти предметы и идеи. Они пусты и ложны. И каждый человек, двигаясь по одному из этих путей, пытаясь добраться до одной из этих эфемерных целей – жестоко ошибается. И, в конце концов, станет терзать и презирать себя за то, что по глупости человеческой, или под влиянием скудоумной толпы пошёл этой кривой дорогой, которая завела его чёрт знает куда! Ну, уж совсем не за тем, чего ему было надо.
Ланц, наконец, вытащил давно дотлевший окурок из мундштука и кинул его в пепельницу.
– Да, брат! Совсем, видно, у тебя мозги запеклись, раз такое рассказываешь. Ну, и действуй тогда согласно своим словам: отвергаешь всё мирское – иди в монахи, в пустошь, и питайся подножным кормом. Вот тебе и смысл жизни. Бесконечный. Гармония и покой.
Ланц дразнил Политова этими словами. Иван Александрович понял это и весело рассмеялся в ответ.
