– …Не подумай только ничего, – пролепетала она смущенно, глядя на мой кулак, упиравшийся в стенку, – но я не могу расстегнуть это платье сама…
Я выпрямился, усмехаясь:
– Давай его сюда. – И когда она повернулась ко мне спиной, собрав волосы на макушке и оголяя моему взгляду плечи, добавил тихо: – Я не могу ничего подумать…
– Это странно, – отозвалась она нервно. – В кино такие сценки наполняют только одним смыслом.
– Я бы почувствовал, если бы ты захотела, чтобы я что-то подумал, – понизил голос. – По запаху.
Ощутив свободу в плечах, она отпрянула и, не оборачиваясь, скрылась в ванной с робким «Спасибо».
Так и хотелось выскрести на стенке коридора вертикальную палочку когтями, которая бы обозначила «день первый». Сколько я там решил ходить вокруг докторки кругами? Месяц? Ладно, зверюга. Посмотрим, из какого месива ты сделан. Потому что мне нужно определенно «долго и счастливо» с шарлоткой и всем остальным…
Я закрыла двери и стянула с себя платье, ошарашено пялясь в пол. Нет, это ведь хорошо, что он не дает мне забыть… Но как же хотелось! Потому что и день, и вечер с Русланом стали по-настоящему сказочными. Мне показалось, что я впервые попала в столицу. В настоящую. Сверкающую и такую манящую, что не утонуть в предвкушении невозможно.
Но Руслан напоминал, что все это лишь иллюзия. Черт, но какая же невероятно притягательная! Я залезла в воду и расслабленно откинулась на край большой ванны. Как же все запутанно!
Вспоминались времена, когда девочек выдавали замуж по решению родителей. И, опять же, за Руслана немало бы побежало – только свистни. Одна ванна чего стоит! Интересно, Дина тоже тут отмокала после ночи с ним?
Однако стоит признать, что, возможно, его задумка дать нам время сработает. Шарлотка, наверное, меня добила. Я решила, что не буду засиживаться в воде, хотя очень хотелось. Но Руслан мог подумать, что я сбежала. А мне не хотелось его обижать.
Отогревшись, я закуталась в его халат и вернулась пред сверкающие очи оборотня. Он стоял в кухне, оперевшись на столешницу и сложив руки на груди. И так смотрел, что я пожалела, что отважилась так быстр вылезти.
– Шарлотки хочется, – хрипло выдала.
Он усмехнулся, отталкиваясь от опоры:
– Чай готов.
– Ты мне расскажешь еще что-нибудь о себе? – попросила, когда он поставил передо мной чашку.
Руслан глянул на меня незнакомым до этого момента взглядом – расслабленным и теплым, хоть и немного уставшим.
– Даже не знаю, с чего начать, – улыбнулся, усаживаясь рядом. – Мне тридцать четыре, свой бизнес, машина, квартира… Но тебе все это неинтересно.
Он говорил, улыбаясь все шире. Мы оба понимали, что не это я хотела услышать.
– Ты почти человек, – набралась я смелости обозначить свой интерес. – Но все же не совсем…
– Я совсем не человек, Саша. – Улыбка его стала грустной. – Но мне хочется им быть… для тебя.
– Только хочется тебе именно потому, что ты не человек, – заметила я. – Будь на твоем месте обычный мужчина, не посмотрел бы на меня…
– Ну откуда тебе знать? – сощурился он. – Сказки иногда становятся реальностью… Пусть и немного страшные.
– Немного? – завороженно выдохнула я.
– Нет, – отрицательно качнул он головой. – Вернее, у всех по-разному. Если бы я был врачом, а моя особенность болезнью, я бы сказал, что прогноз неблагоприятный.
– О как! – восхитилась я аналогии, несмотря на то, что от нее бросало в дрожь.
– Но я не хочу поддаваться диагнозу, – закончил он.
– А как хочешь? – осторожно поинтересовалась я.
– Как нормальный человек. Жить в городе, – принялся перечислять он. – Мне нравится тут жить. И человеческая жизнь тоже нравится.
– Но периоды обострения же есть?
– Я сейчас в этом периоде, – мрачно признался он. – Смены настроения – симптомы. И провоцирующий фактор – ты.
– Ты очень виртуозно проводишь медицинские аналогии, – похвалила я. – Ну а какая терапия?
Руслан шумно сглотнул и медленно расплылся в хищной усмешке:
– Саш… ты же у нас доктор. Как думаешь?
– Ну, я еще не проходила повышение квалификации… – невозмутимо заявила, нервничая все больше.
– Да, ты все же профи. – Черты его лица расслабились. – Сначала информация, потом диагноз…
– Скажи, – нахмурилась я, решившись задать главный вопрос. – Чего мне с тобой бояться? Ты… можешь озвереть? Выйти из себя? Полнолуние там… на тебя влияет?
Я говорила все быстрее под его привычным испытывающим взглядом, и когда он усмехнулся, качнув головой, замолчала.
– Саша, я – два существа в одном. И эти два существа должны жить в гармонии. Если я наплюю на зверя – он расшатает мою выдержку и заставит сорваться. – Руслан говорил медленно, тихо, и так у него выходило проникновенно, что я будто сидела не в теплой кухне с чаем и шарлоткой, а в темном лесу у костра слушала страшную историю. – У зверя есть свои требования. Они не всегда меня устраивают, и тогда я наступаю ему на горло и показываю, кто главный. Но зверь этого не любит. Поэтому важно, чтобы таких разногласий было как можно меньше…
– А сейчас ты испытываешь эти разногласия?
– Пока что договариваюсь, – уклончиво ответил он.
– Зверь хочет другого?
