– Звери нетерпеливы. И не озабочены перспективами.
Я вздохнула, впервые за долгое время наполняя грудь воздухом, и откинулась на спинку стула:
– О тебе такого не скажешь. Ты целеустремленный…
– У меня не было тебя, – перебил он немного раздраженно.
Мы замерли, глядя друг другу в глаза. Он ждал диагноза. А я струсила:
– Ладно, – выдохнула хрипло. – Пожалуй, на сегодня с меня хватит. Давай есть шарлотку?
Руслан опустил взгляд, заметно разочарованный. Но почему-то была уверена – он разберется и поймет, что я не готова вот так сразу заходить в эти открытые двери.
Мы поели в тишине, но расслабиться не выходило. Потом он провел меня в комнату, предназначенную то ли для гостей, то ли для стихийных любовниц. В молчании разложил мне диван и постелил постель. В финале щелкнул выключателем, приглушая освещение, и подсветка окутала пространство потрясающим теплым светом, уступая лидирующую партию виду из окна. Красиво. Будто вообще другой мир.
– Отдыхай, – то ли попросил, то ли приказал он и вышел.
День вышел такой насыщенный, что последовать его просьбе не выходило. Меня словно током било от каждого воспоминания, что всплывало в уставшем сознании. В груди будто уголек положили, и он подогревал внутренности, мешая уснуть. Я слышала, что Руслан ходил в душ, потом шум воды стих… и квартира погрузилась в тишину. Я прислушивалась к звукам, но тщетно. И это почему-то нервировало не меньше, чем воспоминания о его словах, сложенных в страшную сказку. Я сплю с ним в одной квартире. В одном пространстве… в котором ему ничего не стоит…
– Саш, прекрати нервничать, – послышалось хриплое из темноты. – Ты мешаешь спать нам обоим.
Я вздрогнула и подскочила на кровати.
– Я? Мешаю? – вырвалось растерянно.
– Ты сопишь, крутишься и вздыхаешь постоянно. Еще полчаса таких издевательств над нами обоими, и я заберу тебя к себе в кровать, чтобы ты была точно уверена – все самое плохое с тобой произошло. И наконец уснула.
Я прыснула, прикрыв рот ладонью:
– Прости.
Он усмехнулся от дверей:
– Полчаса. И серый волк ухватит за бочок. Поняла? Спи.
– Ладно.
Улыбку долго не удавалось стянуть, но я все же расслабилась. И вырубилась.
***
Настроение за долгое время было отличным. Сашка, наконец, уснула. И это вызвало расслабленную довольную улыбку. Доверяет. Немного, но уже и немало. Значит, может получиться. И зверюге этого будто стало достаточно. Он согласился, принял мою позицию и, довольный, расслабился. Все же мы не настолько расходимся в этом вопросе, как мне показалось. И это тоже вдохновляло. Крепкая связь со своим зверем дает больше уверенности и силы, открывает новые возможности… Очень хотелось верить, что и эта вершина мне покорится, как и прежние. Но сам я в сказки не верил…
Уснул далеко за полночь. А проснулся от звуков, доносившихся из кухни. Прислушался, не шевелясь… Осторожные… На носочках, что ли, ходит? Не удивлюсь. Чашку точно поставила на полотенце. Зажурчал холодильник… Полезла за колбасой? Губы растянулись в оскале. Моя кухня этим утром звучала довольно вкусно. Мне нравилось.
Повернув голову в окно, я глянул на хмурое небо и опустил взгляд на мобильный. Десять. Успеваем. Или нет? Черт…
Я набрал Данила и попросил смотаться в приют за Мариной и Пашкой, чтобы мое «утро» еще немного походило по кухне на цыпочках. Улыбка так и тянула сонную морду в разные стороны, когда до меня донеслось урчание Сашкиного живота. Ну что может быть лучше? А когда у нее что-то упало и она едва не ругнулась, шумно проглотив гнев, с губ сорвался смешок, и я поднялся с кровати.
И правда искала колбасу… Когда я нарисовался перед ней в одних штанах, Саша подняла на меня взгляд, сидя за столом:
– Доброе утро…
Видел, как дрогнули ее ресницы, и слышал, как сбилось дыхание, когда она оценила мой вид. Не смог отказать себе в шансе составить конкуренцию колбасе. И остался доволен результатом.
– Доброе. Приятного аппетита, – усмехнулся, и Сашка отвела взгляд.
– Спасибо.
– Нам к двенадцати в больничку с твоим пациентом из приюта.
– С Пашей? – насторожилась Саша. – Вроде на сегодня нет записей…
– Маринка сказала, что записала к врачу и просит привезти тебя к приему, чтобы ты уже занималась Пашкой профессионально. Поэтому у нас еще примерно час. Завтракай спокойно.
– Ладно.
Я удалился в ванную и огляделся. Вот же замороченная. Будто и не было ее тут. Зато тряпка под раковиной влажная. Она что, все капельки за собой стерла со всех поверхностей? Приведя себя в порядок, я вернулся в кухню:
– Зачем ты делаешь вид, что тебя тут нет? – потребовал сурово, направляясь к кофеварке.
– В смысле?
– Зачем ты в ванной после себя убиралась? Ходишь тут на цыпочках…
– Эм…
Я обернулся, чтобы рассмотреть ответ на ее лице, но и там его не нашлось. Сашка смутилась:
– Я… не знаю, – призналась. – Я ни у кого еще не жила.
– Так начинай. Мне не нужна женщина-невидимка.
– Ты просто чуткий такой, – вдруг выдала она свои умозаключения. – Слышал, что я не сплю и нервничаю, хотя твоя комната в другой части квартиры. Я подумала, что ты ко всему такой щепетильный. У тебя тут везде ну очень чисто…
