Она только и успела что вздохнуть и всмотреться в мои глаза, как я всадил ей нож между ребер. Да, ее последний вздох я запомню навсегда… Марина смотрела своими большими зелеными глазами в мои до последнего, а потом ее веки дрогнули, и голова опустилась на грудь. В воздухе полыхнуло пламенем, опалило веревки, которыми я привязал ее к стволу дерева, и теперь их ошметки кружили вокруг меня серой пылью.
Я никому не позволю думать, что мне или моим близким можно угрожать смертью. И держать за идиота – тоже.
Я все понял сразу. Я слышал все. Каждое слово. Никогда бы не подумал, что ведьма пойдет на такое. Не было ни признаний между нами, ни нарушенных обещаний. Но Марина решила, что имеет на меня право.
Нож мягко скользнул в руку, и я вырвал его из тела, не спеша вытир о тряпку. Никаких угрызений совести, только пустота внутри…
Ну а чего я хотел? Чтобы Сашка прониклась сразу же? На это, наверное, нужно время… Но не факт, что докторке этого будет достаточно. Она так легко поверила в тот бред, который ей наплели. Хотя Ящик врал Сашке ну очень гладко. А недоверчивая и неуверенная в себе девчонка лишний раз доказала, что скорее поверит, что я – убийца, чем что она действительно меня интересует.
Я убрал нож и посмотрел на тело ведьмы. Протянул руку и сдернул с неё шнурок с камнем. Тело тут же начала тлеть и обугливаться, и я сделал несколько шагов назад, кинув камень в огонь… Огненных ведьм ее класса легко убивать без следа. Только я не думал, что мне это пригодится. Досмотрев зрелище до конца, я развернулся и зашагал к машине. Ни песен, ни просьб о прощении, ни памятника.
Все.
Темнело.
Я шел через заросли, глядя вперед, но перед глазами стояла Сашка. Утром. Тогда еще, казалось, что впереди что-то большее, была надежда на нечто иное. Отмотать, забыть и возвращаться к прежнему плану? Не выйдет. После того, что произошло, зверь требовал крови не только ведьмы… Я боялся ехать к Сашке, потому что боялся её убить. Это человек во мне понимал обстоятельства, при которых она сделала выбор. Да, она врач. Человек с далеким от романтического складом ума, которому нужны доказательства, факты, основания… Наверное. А еще она до безобразия не уверена в себе. И именно на это давила предприимчивая покойная ведьма.
Сашка, как же тобой легко управлять… Как сложно завоевать доверие, но так легко разрушить.
Зверюга не слушала. Для моей дикой части было очевидно одно: самка предпочла поверить другому самцу и готова была давать показания против меня. Ящику не пришлось вилять перед Сашкой хвостом, уговаривать, делать хорошо… Она будто хотела услышать то, что ей наговорили. Идиотка. Я даже пожалел, что так быстро вмешался. Надо было досмотреть этот спектакль до конца… Как Ящик подставит Сашку и как меня поведут на череду бесконечных допросов, а ее – в камеру, из которой никто не возвращается. Но я был рад, что не подумал об этом сразу. Что не выпал тогда в это состояние отчаяния.
А вот убийство ведьмы опустошило до дна.
Я вышел из леса и сел за руль. Мобильный жаловался на пропущенные. Но все бесило. Оставался только Ящик. Я бросил ублюдку вызов. Он должен явиться завтра на бой в условленном месте в оговоренное время. Уйдет только один из нас.
Звук ожившего двигателя немного разогнал давящую тишину. Я выкрутил руль и подхватил мобильный. Мне хотелось чего-то, возвращающего к жизни. И я набрал номер Алекса.
– Рус, наконец, – выдохнул он с облегчением.
– Довез Сашу?
– Да, но…
– Можешь ехать домой.
– Я тебя дождусь, – возразил Алекс.
– Не нужно.
– Рус, я дождусь, – спокойно, как с психом, заговорил он. И был прав.
– Думаю, мне лучше не приезжать. У нее все есть?
– Тут еды нет. Заедь купи, пожалуйста. И тебе все же лучше приехать. Саша просит осмотреть мальчика, которого использовали как наживку.
Я медленно выдохнул и шумно сглотнул в тишине.
– Что? – переспросил с усмешкой.
Почему-то эта простая деталь – докторка просит осмотреть Пашку – вывела меня из тупика. Саша продолжала быть собой в любой ситуации, не строила из себя кого-то другого. Может, мне стоило взять с нее пример?
– Она переживает о мальчике. Его ведь привезли сегодня на консультацию, которая не состоялась. Вдруг ему и правда хуже? То, что Марине было не до него, думаю, очевидно.
– Пожалуй…
– Тогда я свожу ее?
– Свози, – процедил.
– Вот и отлично, – не дал он мне опомниться. – С ведьмой что?
– Все.
– Я улажу.
– Спасибо.
Мой приговор Марине уладится быстро. Как и Ящику. А все благодаря Хлыстову и его заботе обо мне. Эта парочка наговорила на мой жучок достаточно, чтобы оправдать любое мое решение в их отношении. Ну, кроме вызова. Вот это начальство не одобрит. Довлатыч настучит по шапке. Но победителей не судят.
Я выехал на дорогу и надавил на педаль.
***
Оказалось, что у Руслана есть дом недалеко от приюта. Дорога к нему огибала знакомую детскую площадку, на которой я впервые увидела странных детей, и уходила в лес.
– Приехали, – обозначил очевидное Алексей.
