Пюре оказалось очень даже ничего. С вином, правда, кому-то могло бы показаться, что сочетается странно, но для меня лучшего сейчас не было. В груди тлело все ярче, каждый взгляд на Сашу и Мишу сбивал дыхание. Я был счастлив. Хотелось, чтобы и Сашке было хорошо, но при этой мысли счастье мое начинало сильно горчить.
– … Полина говорит, что твой предыдущий врач не проходил курсов повышения, – делилась она. – Меня это смутило…
– Да, было дело. Врачей, готовых вести практику по приютам, немного…
– Почему?
– Их в принципе не хватает. Поэтому.
– Но я бы так не хотела, – серьезно смотрела на меня Саша. – Наверняка вы отличаетесь, и не вся терапия подходит…
А я смотрел ей в глаза, слушал и еле сдерживался, чтобы не утащить в спальню. Ее серьезный взгляд возбуждал так, что, казалось, тело начинало гореть. Вечер вообще проходил как в розовом тумане. Саша зажгла свечи и расставила в гостиной, а я вручил ей новый бокал вина, и теперь смотрел, как огонь пляшет в ее глазах.
– … Мой отец всегда говорил, что лучше заниматься любимым делом, чем осуществлять чью-то мечту. – И снова бросила на меня взгляд. Она весь вечер говорила. Рассказывала о родителях, об учебе, а я только задавал наводящие вопросы, давая ей повод заполнить нервную паузу. Она боялась новой ночи со мной. Но напиваться не стала – еле выпила первый бокал и остаток вечера просидела с почти полным вторым, и это тоже нравилось.
Когда Мишка пошел спать, напряжение в гостиной возросло несмотря на расслабляющую обстановку – тихий треск огня в камине, танец свечей на столе…
– Саша, хочешь, ничего не будет? – спокойно предложил я, хоть и предпочитал не думать, чего это будет стоить.
– Нет, – поспешно мотнула она головой. – Я нервничаю не потому, что боюсь. Ты просто слишком… опытный для меня. Чувствую себя… малолеткой. – И она усмехнулась.
– Тебя беспокоит, что я подумаю о тебе?
– Да. Потому что ты делал выбор, не зная меня совсем.
Тут уж прыснул я.
– Прости, Саш, но это очень смешно. – Она смущенно кусала губы, глядя на меня. – Я весь вечер думаю, что ты боишься того, что я сделал вчера… А ты боишься мне не соответствовать?
– Но ты же обещал не делать мне больно больше, – тихо возмутилась она.
– Метка ставится только раз, – подтвердил я. – А еще, мне кажется, иногда надо переставать обсуждать что-то, а просто делать. – Я отставил свой бокал и склонился к ней, глядя в глаза: – Я даже описать не могу, как мне нравится этот вечер сегодня с тобой… – прошептал хрипло. И, наверное, нашел все же важные слова, потому что ее губы расслаблено дрогнули в слабой улыбке и она положила мне ладони на грудь.
Только продолжится этому шагу навстречу было не суждено. У Сашки вдруг запиликал мобильный, и она, смущенно извинившись, выскользнула из моих рук. Похоже, надо все таки прочитать ей лекцию по технике безопасности с голодным оборотнем и уделить особенное внимание попытке побега на самом интересном месте и чем это может грозить.
– Это Полина, – сообщила мне Саша и ответила на звонок.
А уже через десять минут мы неслись в приют. Саша напряженно молчала. Конечно, извиняться передо мной за то, что она – мой доктор, глупо. И да, я действительно делал выбор вслепую, когда принимал решение оставить ее себе. Но что поделать? Просто еще один вызов моим звериным инстинктам – мне придется ей делиться с другими. Такая она.
Вернулись мы домой только далеко за полночь. И, хоть я и старался держать себя в руках, когда на меня рухнули все запахи и ожидания прошедшего вечера в моем доме, выдержка треснула. Саша попробовала просквозить в сторону спальни к Мише, но я не позволил.
– Так, – прорычал, хватая на лету. – Смена доктора закончилась. Официально.
Она только хлопнула глазами, когда я поставил ее посреди ванной и принялся сдирать с нее шмотки. Молодец – никакой головомойки, а лишь покорность во всем. Понятно, что от страха, но меня сейчас и это устроило. Все, что планировал – быть осторожным, чутким, нежным – разбилось о чувство голода и злости от ожидания. Завтра буду извиняться…
Я даже до кровати Сашку не донес. Вжал в стенку душевой, подхватив под бедра, и опустил на член. Она только всхлипнула и схватилась за плечи, и все…
Наверное, я выглядел не совсем человеком, потому что чувствовал себя сейчас лишь голодным дурным зверем, который слишком долго играл не свою роль. В голове замкнуло, зубы зудели от желания метить ее кожу, но данное обещание, кажется, сдерживало эти порывы.
Очнулся я от ее вскрика.
– Больно? – испугался, впиваясь пальцами в ее бедра.
