– Не глупо. Мы много чего пережили, во что невозможно поверить. И всё же интересно, почему он выбрал тебя? Неужели больше некого было? А если он хочет материализоваться в твоё тело, то зачем? Как минимум мог бы выбрать для этих целей мужчину.
Алиса вздохнула.
– Да потому что он не успокоился. Он помешался на мне, я знаю. Как ещё объяснить его стремление убить меня? Если бы любил и хотел спасти, как он говорил в подвале, то позволил бы военным меня просто увести. Он псих, Ром, помешанный, понимаешь? И теперь добивает меня.
– И знаешь, из-за его привязанности к тебе и твоих воспоминаний о нём, может, ему легче именно в
– Что?
– Ну, некая связь возможна между вами. Как ни крути, ты о нём думаешь, он в твоих воспоминаниях. Возможно, это каким-то образом и позволяет ему проникать именно к тебе в сны, а не к кому-нибудь другому.
– Может быть. А что ты имел в виду, когда сказал, что он питается моим страхом?
– Раньше, когда появлялся, он был монстром. И каждый твой сон был страшнее предыдущего. Ему необходим был твой страх, чтобы обрести человеческий облик и набраться сил. Мне так кажется.
Алиса ничего не ответила и тихонько заплакала. Рома буквально пропитался её болью. Ему было так жаль эту девочку, он знал, что должен что-то сделать, чтобы остановить происходящее с ней безумие. После близости видеть её слёзы стало невыносимым.
– Алис?
– Что?
– Ты веришь мне?
– Да.
– Доверишься, если я предложу что-то безумное?
– Безумнее того, что мы сейчас сделали?
Рома улыбнулся. И она тоже.
– Нет, ну не настолько, конечно, – пошутил он.
– Тогда доверюсь.
– Я хочу покончить с этим. У меня есть план, но тогда нам придётся перенести сеанс хотя бы на послезавтра.
– Какой план?
– Пока не готов сказать. Может, позже, когда всё обдумаю.
Алиса отодвинулась, легла на подушку и посмотрела на него.
– Я не знаю, как мне пережить эти две ночи. А вдруг произойдёт непоправимое?
Рома боялся этого не меньше, чем она, а после того, что произошло между ними, возможно, даже больше.
– Думаю, нет. Теория, что ему тоже нужны передышки после наших с ним битв, вроде работает.
– Ага. Вроде. Я всё равно боюсь.
«Господи, как хочется сейчас её обнять и защитить от всех угроз этого мира».
– Не бойся, мы справимся. А теперь мне пора, скоро твоя подруга придёт.
Алиса ничего не ответила. Смущаясь, она принялась искать трусики и бюстгальтер. Рома, отвернувшись, оделся.
Они вышли из спальни, Рома забрал из кухни кофту и замер возле стола. Девушка смотрела на него снизу вверх, приобняв.
– А что будет с нами? – спросила она.
– В смысле?
– Ты знаешь, в каком смысле.
«Ох, спроси что-нибудь полегче».
– Сначала, надо разобраться с твоими снами.
Алиса продолжала испытывать его взглядом. Роме стало неуютно.
– Ну а если разберёмся? Или, наоборот, не разберёмся. Что тогда будем делать, при любом из этих раскладов?
«Как же так ответить, чтобы не обидеть? И ведь самое печальное, что сам не знаю».
– Сегодня с моей стороны это был не просто порыв, а что-то большее. Вот что я могу тебе сказать с уверенностью.
– Для меня тоже, – ответила Алиса, и по выражению её лица Рома понял, что ответил правильно.
– Значит, всё будет хорошо, – заключил он. – А теперь, – Рома чмокнул её в щёку, – готовься. Возможно, я кое-кого с собой приведу на следующий сеанс.
– Кого? – удивилась Алиса.
– Потом узнаешь. Мне пора.
Она встала на носочки и поцеловала Рому в губы. Ему понравилось. Грудь наполнилась теплом.
Неужто он что-то к ней испытывает?
Похоже на то.
Рома покинул квартиру со смешанными чувствами. Всё произошедшее, всё предстоящее необходимо тщательно обдумать. Но утром, когда в голове прояснится.
Добравшись до дома, он помылся и лёг спать. Уснул почти мгновенно.
Каскад окончательно выдохся.
Укутавшись в спальный мешок в сыром блиндаже, он анализировал в голове чувства и ощущения, что испытывал сейчас.
Он дошёл до того состояния, когда прошлое кажется нереальным, будущее – невозможным, а настоящее – настолько унылым и безысходным, что не имеет значения.
Естественно, он продолжал выполнять задачи. Естественно, он до сих пор держал оборону на вверенном ему участке, пытаясь сохранить жизни людей и пресекая все попытки противника подобраться к ним. Однако слишком много вещей стали настолько очевидными, что даже его моральный дух ослаб.
Во-первых, один из флангов оставался по-прежнему открытым. Если слева в соседней лесополосе кого-то расположили, то в правую так никого и не прислали. Точнее, туда всё-таки зашёл взвод, но после первого же артиллерийского обстрела эти чудо-воины спешно покинули позиции. Оправдывались они большими потерями, но Каскад знал правду. Два человека к нему в пополнение пришли именно оттуда, а потому и поделились реальными причинами бегства – элементарной трусостью.
Да, на этой войне и такое бывает, Каскад насмотрелся подобного ещё в Мариуполе.