– Простите, видел, как вы подходили к мальчику, который играет с моей дочерью. Решил, что вы его мама.
Мужчина спрятал руки в карманы.
– Да, похоже, они поладили. – Диана с умилением посмотрела на детей. – Мой сын здесь недавно, кажется, она первая, с кем он подружился.
– Её зовут Аня. Мне тоже было непривычно сначала. Малышка росла без общения со сверстниками. Когда решился обратиться в центр, понял, что зря затягивал. Им здесь хорошо. Аня почти год сюда ходит. Очень сильно поменялась.
– Правда?
– Да. Уверяю.
– Я очень надеюсь на это.
Некоторое время они молча наблюдали за детьми.
– Знаете, – сказал мужчина, вытащив руки из карманов и скрестив на груди, – её мать умерла при родах, и я чуть было не отказался от малышки. Много раз порывался сдать её в детский дом. Не знаю, как я пережил её младенчество и со всем справился, но благодарю Бога, что смог.
Диана была растрогана откровениями мужчины. У них оказалось много общего.
– Главное, что смогли. Воспитывать ребёнка с особенностями одному – дело нелёгкое. Знаю по себе.
Мужчина замялся, потом сказал:
– Меня зовут Виктор.
– Диана.
– Очень приятно.
В это время работница центра подвела Ваню и Аню к родителям, малыши держались за руки. Женщина ушла, а дети жались друг к другу, будто их связывала невидимая ниточка.
– Диана, – обратился мужчина, подхватив дочку на руки, – может, сходим куда-нибудь? Вчетвером. Мне кажется, Ане будет приятно общество вашего сына за пределами центра. Думаю, ему тоже, да, малыш? – Мужчина посмотрел на Ваню, но тот не реагировал.
Диана опустила взгляд – сын тянул маленькие ручки к девочке и улыбался, пытаясь что-то выговорить. В его глазах она увидела что-то новое.
– Давайте.
Вероника сидела на кровати возле парня, напичканного всевозможными трубками. Она знала: врачи сделали что смогли, но его вид по-прежнему вызывал в ней жалость.
Она постарается. Для близких этого парня помощь Ники казалась бесполезной тратой времени, но кому как не ей знать, что для него самого эта помощь бесценна?
– Ты готова? – спросила Вера.
– Да, – ответила девочка.
– А это точно не навредит? – срываясь на плач, спросила мать парня.
Ника спокойным тоном ответила:
– Не только не навредит, но и поможет. Ваш сын будет пребывать в чудесном мире до тех пор, пока находится в коме. Я не знаю, что случится после того, как произойдёт самое страшное, надеюсь, что этого не случится. Но до того момента, как выйдет из состояния комы, его мир будет наполнен яркими воспоминаниями. Точнее, он будет жить ими. Давайте фотографии.
Женщина протянула большой фотоальбом. Девочка принялась перелистывать страницы, рассматривая снимки парня и его близких, на которых была запечатлена история его жизни.
Вернув альбом женщине, Ника сказала:
– Пару минут меня нельзя отвлекать. Постарайтесь сделать так, чтобы в палату никто не вошёл.
Вера встала у входной двери. Этот ритуал она проделывала уже третий раз.
Ника протянула ладони и прикоснулась ими к лицу парня. Закрыв глаза, сосредоточилась на том, что видела минутой раньше на фотографиях. Она подключилась к сознанию парня, которое наполнила лучшими моментами из его жизни. Ника транслировала детские образы в окружении родителей, загрузила в сознание образы из школьной поры и те, что были после – до самой последней фотографии. Ника наполнила пустоту яркими красками, пейзажами, локациями, которые придумала сама, чтобы сделать тот мир ещё лучше.
Когда девочка закончила сеанс, убрала ладони от лица парня и увидела на нём едва заметную улыбку. Такую улыбку она наблюдала у своих пациентов уже дважды.
Всё получилось. Ещё одна блуждающая душа на время обрела место. Дай бог, чтобы выжил.
– Получилось? – спросила взволнованная мама, когда Ника открыла глаза.
«Они всегда это спрашивают и никогда не верят до конца».
Получилось. Его жизнь там теперь наполнена событиями и радостью, что он испытывал здесь.
«Возможно, ему там даже лучше», – подумала Ника, но мысль не озвучила. Выслушав слова благодарности и снова отказавшись от какого-либо вознаграждения, она покинула палату в сопровождении Веры.
Марину долго не пропускали в госпиталь. Врачи пытались её убедить, что посещение больных в тяжёлом состоянии, как у её мужа, невозможно.
Она не выдержала, разрыдалась прямо возле регистратуры. Медикам пришлось успокаивать посетительницу.
Когда Марина пришла в себя, ей всё же позволили зайти ненадолго в палату в сопровождении дежурного врача.
Марине было тяжело смотреть на любимого человека. Она поняла, что не зря оставила семилетнего сына с бабушкой. Пациент был подключен к аппаратуре жизнеобеспечения, обгоревшая часть тела была скрыта повязками. Если бы не знала, подумала бы что супруг умер.
«Господи, спаси его, пожалуйста».