Собрав остатки сил, превозмогая боль во всём теле, Алиса перевернулась на бок, затем с не меньшим усилием перекатилась на живот. После упёрлась руками в пол и встала на четвереньки. Сделав пару глубоких вдохов, пытаясь привести в норму дыхание, девушка выпрямилась, встав на колени. Почувствовав головокружение, упала, больно ударившись головой.
Сквозь непрерывный плач она с неимоверным усилием повторила свой предыдущий ритуал. С трудом найдя равновесие, девушка кое-как сумела встать. Несколько секунд Алиса пыталась устоять на ногах, а когда у неё это получилось, пошатываясь, двинулась к выходу из здания.
На секунду Алиса замерла. Затем развернулась и подошла к тому месту, где только что лежала. Нагнувшись, она подняла осколок зеркала, которым убила таракана и ухитрилась пронести с собой через весь лабиринт.
Теперь, сжимая в кровоточащей руке оружие, она обрела уверенность и подошла к металлической двери. Свободной левой рукой Алиса схватилась за дверную ручку в надежде покинуть это место. Но дверь в мгновение превратилась в очередное зеркало, в котором Алиса снова увидела своё альтер эго – ту же омерзительную, зловещую особу, которая пугала её внутри лабиринта.
Девушка в отражении стояла в том же положении, в том же нижнем белье и была так же испачкана в крови и грязи, как и сама Алиса. Её рука тоже тянулась к двери, она также кинула взгляд в то место, где ладонь Алисы соприкоснулась с зеркалом. И в это мгновение Алиса из
Алиса закричала. Ещё несколько раз попыталась высвободиться из цепкой хватки соперницы. Не совладав с нею, замахнулась другой рукой в попытке нанести удар осколком зеркала по руке своей противницы, но та будто этого и ждала.
Как только рука достигла нижней части своей траектории,
Наступило временное затишье.
Испуганная Алиса отпрянула от зеркала, боясь нападения той твари, что засела внутри стекла. Они стояли, изучая друг друга, пока девушка не разглядела в отражении странные действия. Та, что была напротив, медленно подняла правую руку, в которой теперь держала кусок острого зеркала. Медленно, подобно неопытному хирургу во время операции, она коснулась остриём своего живота. Алиса ощутила несильный укол в том месте, где в отражении зеркало коснулось кожи.
Внезапно живот пронзила сильная боль: как раз в тот момент, когда девушка в отражении воткнула кусок зеркала в
Алиса закричала, схватилась за живот и посмотрела на то место, где сейчас разрасталась боль и лилась кровь. Девушка принялась биться в истерике, глядя на то, как всё новые и новые раны образуются на её коже, порождаемые действием злобной твари, манипулирующей её телом из зеркального мира.
Алиса вопила, рыдала, топала ногами и хваталась руками за живот в безуспешной попытке остановить происходящее.
Она кричала, кричала, кричала… пока, обессилев, не потеряла сознание и не рухнула на холодный мраморный пол.
Первая мина упала в половине седьмого утра. Каскад сначала даже не понял, что случилось, но когда второй взрыв прозвучал ближе, он подорвался со спального места и быстро обулся.
За ночь ни обувь, ни одежда не просохли и доставляли ощутимый дискомфорт. В землянке, которая теперь служила домом, царила влажная прохлада, воняло грязными носками и немытыми телами, а после бессонной ночи голова Каскада раскалывалась от боли. Когда начался обстрел, офицер испытывал неимоверное желание заорать во весь голос на всё и вся от вопиющей несправедливости судьбы, загнавшей его в эту сырую землю, с этими осточертевшими вонючими людьми и с этим постоянным ожиданием смерти.
«И с этим
Чёртов внутренний голос даже в момент опасности, когда противник насыпает по ним из миномётов, с самого утра напомнил о том проклятии, что преследует Каскада последние недели.
Старлей заставил себя промолчать и не закричать от усталости и страха. В тесноте блиндажа помимо него наспех экипировались трое солдат, разделявших с ним кров в этой холодной яме.
– Каскад, Каскад, я Кузьмич, приём, – послышался прерывистый голос в радиостанции, которой Каскад разрешил пользоваться только в крайнем случае.
Старлей выхватил рацию из руки оторопевшего рядового, который первым подхватил её со стола. Взбешённый, ответил:
– На приёме!
– Каскад, у вас всё нормально?
«Бля, а как ты думаешь?»
– Кузьмич, связь только в крайнем случае. Если я выйду на тебя или если у вас проблема. Как принял, приём?
– Принял, – ответил Кузьмич.
Где-то совсем рядом послышался короткий свист и раздавшийся за ним взрыв. Все, включая Каскада, инстинктивно присели, закрыв головы руками.