Расспрашивать дальше Торкель не стал, он мог очень легко дополнить остальное. Ему оставалось радоваться тому, что Себастиан провел ночь не с Эвой Флурэн. Его дурная привычка заниматься сексом с женщинами, связанными с их расследованиями, начала становиться проблемой. Вместо этого он велел Себастиану возвращаться в гостиницу и складывать вещи. Они едут в Стокгольм.
В Русерсберг — ничем не приметный городок, находящийся между Стокгольмом и аэропортом Арланда.
По прибытии в школу они втроем зашли в класс, но, быстро удостоверившись, что это действительно их дело, Торкель покинул коллег, чтобы попросить местных полицейских попытаться помочь с установлением личности.
Казалось, он не в силах вернуться в класс.
Себастиан сидел на стуле в самом конце класса, прислонясь к стене. Урсула с двумя коллегами работала возле жертвы. Все повернулись к Торкелю, когда он наконец вошел в дверь.
— Сегодня ночью родители заявили об исчезновении близнецов Сары и Эббы Юханссон, — сразу сказал он, увидев их любопытные взгляды. — Они не вернулись домой после какого-то ужина, никому не позвонили и не отвечали на телефон, что явно очень необычно.
— С кем они ужинали? — поинтересовался Себастиан.
— Пока не знаю, у меня есть только их личные данные.
— Они участвовали в каком-нибудь шоу?
— Не знаю.
— У нас есть машина?
— В пути.
— Близнецы?
— Да, о пропаже обеих заявили сразу после полуночи.
Себастиан наклонился вперед так, что стул опять опустился на все четыре ножки.
— Где же тогда вторая?
Урсула по телефону вводила Ванью в курс дела, пока та ехала на такси из аэропорта Бромма.
Все обнаруженные на новом месте детали совпадали с другими жертвами. Поза тела, дурацкий колпак и прикрепленный к спине тест. Сара Юханссон справилась немного лучше, чем Патриция и Мирослав — шестнадцать из шестидесяти — но этого оказалось недостаточно. Где Эбба — неизвестно.
Жертвы, похоже, никак не связаны со школой, в которую их помещают, и для поисков в стокгольмском регионе имеется много закрытых на лето школ. Эбба может находиться где угодно. Урсула закончила тем, что перешлет Ванье всю известную на данный момент информацию о близнецах.
Мобильный телефон Сары не нашли, и Билли, едва усевшись на заднее сиденье такси, принялся искать. Особенно много близнецов, которых бы звали Сара и Эбба Юханссон, быть не могло. У Ваньи звякнул телефон: первый полицейский отчет за вчерашний день, когда поступило заявление об их пропаже. Согласно отчету, обе девушки около восьми часов вечера отправились на встречу с журналистом. Имени нет, но на ум сразу приходит Свен Катон. Пытаясь дозвониться до полицейского, принявшего заявление, Ванья задавалась вопросом, как Сара и Эбба могли пойти на эту встречу. Через полдня после того, как было обнародовано имя. Ладно, газеты молодежь не читает, но на какие-нибудь последние новости они в течение дня все-таки должны были наткнуться. Очевидно, не наткнулись.
Она дозвонилась до констебля Ларссона, который рассказал, что при подаче заявления об исчезновении девушек родители произвели впечатление взволнованных, но внимательных и разумных и на прямой вопрос ответили, что дочери ни разу не упоминали имя журналиста. Встречаться с ним они собирались в каком-то китайском ресторане в Сундбюберге. Ничего больше родители не знали.
— Они говорили, почему он захотел с ними встретиться? — спросила Ванья. — Они участвовали в какой-нибудь телевизионной программе или чем-то подобном?
— Они вроде бы что-то выиграли за свой блог, — ответил Ларссон, и Ванья услышала, как он перелистывает бумаги. — Он назывался «Родственные души», — вернувшись к телефону, добавил он.
— В заявлении об этом не говорится, — отметила Ванья, прокручивая текст в телефоне.
— Я не счел это существенной информацией в контексте их исчезновения, — ответил Ларссон голосом, говорившим, что он не сомневается в правильности своей оценки.
Ванья поблагодарила за помощь и положила трубку.
— «Родственные души», — сообщила она сидящему на заднем сиденье Билли.
Он погуглил и быстро нашел аккаунты с этим именем в Твиттере и Инстаграме, а также сам блог. Начал с Твиттера. Протянул Ванье телефон с последним твитом.
— Вчера вечером. Четверть десятого, — сказал он.
— «Мы с сестрой встречаемся с журналистом. Круто и бесплатный ужин», — прочла вслух Ванья. — Значит, по крайней мере в четверть десятого, обе сестры были живы. Что-нибудь еще?
— Пока нет. — Билли притянул телефон к себе и продолжил водить пальцами по дисплею.
Ванья посмотрела в окно. Машина проносилась мимо станции метро «Альвика». Они приближаются к Стокгольму.
— Черт! — послышалось вдруг с заднего сиденья.
— В чем дело? — спросила она.
— Поле для комментариев к последней записи в их блоге, — проговорил Билли, наклоняясь вперед, чтобы она опять могла читать с дисплея.
— «Зачет», что это означает? — спросила Ванья.
