Седьмое евангелие от «ЭМ» полностью

– Так Иван Иваныч ещё тогда в лифте оставил, одни санки остались. Ты полозья смазал? – спросил с самым серьёзным видом Жорик

– Не только смазать, но и навострить надо, – уточнил Игорь. Гости сидели переглядываясь, иногда бросая взгляды в окно, проверяя – не пошёл ли в июне, действительно, снег.

* * *

– Босс, посмотрите наработки по операции «Наркотик», – протянул Грелкин несколько исписанных листов Погребняку.

– Положи, потом гляну, – указал пальцем на стол босс, – я в Ташкент уезжаю, наверное месяца на три.

– Новое задание?

– Нет, хочу поближе познакомиться с объектом.

– Почему в Ташкенте?

– Он там на курсах будет учиться.

– А мне здесь оставаться или тоже в Ташкент?

– Считай, что у тебя отпуск. Можешь отдохнуть в Центре, а можешь и здесь оставаться, но сильно не расслабляйся. Операция «Прорыв» хорошо была рассчитана, несмотря на её смазанное окончание, но в общем-то всё сделал правильно. До сих пор удивляюсь, как случай мог свести вас с тем доктором со скорой. Просто начинаешь верить в какое-то высшее провидение. Постарайся больше нигде с ним не засветиться. Ты, кстати, как с вычислительной техникой?

– Честно сказать, Босс, никак. Это выше моего понимания. Пробовал книжки читать – через минуту засыпаю.

– Ладно, – это, действительно, не наше, но общую политику надо пониать. Без ЭВМ сегодня никуда…

* * *

По министерской разнарядке в следующем году на завод должна была прийти новая ЭВМ – ЕС-1046. Решено было установить на ней новую систему «СВМ» – систему виртуальных машин, поэтому трое операторов были отправлены на трёхмесячную учёбу в Ташкент. Среди них был и Семён.

Учебный центр разместил трёх красноярцев в военной гостинице местного авиапредприятия. Семён сидел на кровати и занимался исследованием очередной точечной структуры игры «Эволюция», когда вернулся сосед по гостинничному номеру – Евгений Иванович.

– Сегодня в буфете только красненькая, – обратился он к Семёну, – уважаешь красненькую?

– Да не особенно, ещё студентом как-то отравился пуншем…

– Правильно, чем прозрачней продукт, тем он качественнее. Вчера толком не успели познакомиться, вижу – ты человек не военный, а почему в военной гостиннице?

– Куда учебный центр разместил, там и остановились. Мы не выбирали.

– Так ты на учёбе здесь?

– Да, до нового года будем в Ташкенте.

– А я здесь уже полгода торчу.

– В командировке?

– На местном заводе. Новую систему обкатываем.

– Вы – авиастроитель?

– Можно и так сказать. Система «свой-чужой», слышал наверное.

– Так, – неопределённо качнул головой Семён.

– Распознавание цели на радаре самолёта. Ну ладно, чем занят?

– Собственно, ничем особенным, пытаюсь найти минимальную структуру выживаемости.

– Теория игр?

– Да нет, просто игра. Логика, аналитика в зависимости от начальных условий.

– Грелкину, наверно, не помешало бы.

– Кому?

– Да есть у меня в группе один молодой человек. Логика иногда хромает. Ну так что? Идём? Познакомлю тебя с местными достопримечательностями. Я это называю: «очаг культуры».

Очаг культуры находился недалеко, на Алайском рынке. Несмотря на выходной день, на рынке было людно. Евгений Иванович остановился около какой-то будки и по-свойски, но не громко стукнул в закрытый ставень. Тут же ставень распахнулся и в окошке появилось приветливое узбекское лицо.

– Салам алейкум, – приветствовал Евгений Иванович, – на двоих.

– Салам, дорогой, – почти мгновенно из окошка протянулась рука с тарелочкой, на которой был стаканчик с водкой и три манта.

– Прими, – распорядился Евгений Иванович и расплатился, получая вторую такую же тарелочку.

Проснувшись на третий день прибывания в Ташкенте, Семён ужаснулся – вся подушка была покрыта нешуточным волосяным покровом. Волосы из головы почему-то выпали. Семён со страхом дотронулся до своей головы. Всё вроде было на месте, но на подушке волос тоже было много. Вероятнее всего организм таким образом отреагировал на резкий переезд из зимы в лето и скинул лишнее.

Практически ежедневно с Евгением Ивановичем что-то случалось. Семён вернулся с учёбы в два часа дня, а Евгений Иванович уже был дома.