– Ах! Ну конечно! – на девушку накатил праведный гнев. – Я и забыла, что вы маги, сновидящие, целители или как вас еще там?! Однако играйте в эти игры друг с другом!!! Лечитесь мочой, праной, да хоть пометом летучих мышей! – Перед глазами всплыла картина маслом пятилетней давности, когда она шла с двумя эзотериками к остановке. Машина сбила кошака и двое этих «товарищей» просто спели мантру, типа чтобы животное легко отошло в мир иной. Катя же перенесла его к подвалу, обработала рану и подкармливала пару недель. Так сих пор во дворах бегает, дерется и неустанно штампует свои новые копии. Она набрала в легкие побольше воздуха, чтобы закончить речь: – Если мне когда-нибудь станет плохо, то пожалуйста, – впечатала просьбу в пространство, будто пощечину, – просто отвезите в больницу! – И гневно сверкая глазами, двинулась на выход.
– Тебе сейчас не поможет истерика, – донесся ей вслед невозмутимый голос парня.
Она забралась в машину, хлопнула дверцей и демонстративно уставилась в окно. Саша взревела мотором, и они поехали. Приятное молчание длилось меньше минуты. А потом целительница привычно начала болтать:
– И хорошо, что Влад не твой парень. У вас все равно бы ничего не вышло, – и смолкла.
Чуть не озвучила вслух: «Почему это?» – но вовремя спохватилась и промолчала. Однако собеседницу сей факт не остановил. Выдержав паузу, та продолжила монолог:
– По нему видно, что эгоист. Они на любовь не способны. Я как-то по глупости полгода с таким провстречалась. Между нами вспыхнули чувства… близкие к болезненной зависимости. С одной стороны, казалось, жить друг без друга не можем, а с другой – мы ссорились, ревновали и ненавидели. Расставались и сходились вновь, не в силах разорвать этот порочный круг. – И она перестала говорить, видимо с головой погрузившись в воспоминания тех событий. Только губы беззвучно шевелились и взгляд затуманился.
– И что дальше? – вырвалось само и Катя чуть не откусила собственный язык. Попалась-таки.
– С ним-то? – обрадовалась Саша и неопределенно махнула рукой. – Да ничего особенного. Я переспала с его братом, потом с другом брата… ну и поняла, что на нем весь белый свет не сошелся…
– Ты вот так запросто спишь с парнями?!
– А что, нельзя?! – огрызнулась целительница. Только не говори, что ты как эта сектантка Мила. Ей главный в общине скажет за старикашку выйти и ублажать его, она и спорить не станет. Еще и будет утверждать, что Бог так решил. – Саша громко и трескуче рассмеялась. – А я к таким дурам не отношусь. Делаю то, что считаю нужным и сплю с тем, с кем хочу.
– Подожди, – оборвала Катя, – но ты же говорила, что влюблена в Антона? – и тут же поняла, что зря перевела тему.
Подруга сразу сделалась печальной.
– Так и есть. Сейчас я ни с кем не встречаюсь. Я ведь действительно его люблю, понимаешь? А он не дает и шанса…
«И правильно делает», – подумала Катя, а сама снисходительно уточнила:
– Ну как по мне, он весь такой миленький, да еще и хороший психолог. Опасное сочетание для окружающих девушек. Ему ничего не стоит менять их как перчатки.
Саша даже притормозила от удивления. Недоуменно покосилась на спутницу.
– Ты совсем не права. Он ни с кем не встречается. Откуда такое предвзятое отношение?
«И правда, откуда?» – выплыла мысль, но девушка промолчала.
– Он серьезный, заботливый, добрый … – щедро сыпала похвалой влюбленная. – И… он мой!
– Не претендую, – Катя не смогла сдержать смех. – Ну совсем.
И подруга вновь вернула внимание на дорогу.
На собрание в квартиру Ольги они добрались последними.
На коврике у батареи сидел щуплый подросток болезненного вида. Видимо, это и был Паша.
– Привет! – поздоровалась девушка. Все посмотрели на нее и только Нил сквозь нее, на Сашу за спиной. Обиделся-таки, что Максима отпустила. Ну ничего, она тоже может в байкот поиграть. Улыбнулась:
– Хочу спросить, вдруг кто знает. Мы с Владом вчера практиковали совместный осознанный сон и…
Нил закатил глаза и что-то громко изрек по-английски. Похоже на грязное ругательство. Вышел, хлопнув дверью. Что за… Конечно, девушка чувствовала себя виноватой, но ведь не настолько же! Такое пренебрежительное поведение – уже как-то слишком. Поймала встревоженный взгляд Милы и решила поговорить с ним немедленно.
Перехватить в прихожей не получилось. Пришлось выскочить в тамбур, потом нестись вниз по лестнице.
– Стой! – заорала она, перегибаясь через перила.
Но у него уже была фора этажа в три. Помчалась следом, перепрыгивая через ступеньки. Дыхание сразу сбилось.
– Да погоди же!
Но он лишь ускорил шаг.
Рванула снова, продолжая кричать:
– Давай поговорим! – топот, прыжок, скольжение рукой по перилам… – Не будь как ребенок!
Староста замер так внезапно, что едва успела разминуться с его спиной. Но не учла остаточную инерцию и начала стремительно сближаться с почтовыми ящиками. Уже вся сжалась, ожидая удара… Но лицо остановилось буквально в миллиметре от холодного железа. Нил задержал движение, схватив за локоть. И довольно больно схватил.
Они оказались на лестничной клетке первого этажа.
