– Нет!!! – взвизгнула девушка, хватая за руку. – Не нужно. – Зубы выстукивали барабанную дробь, то ли от страха, то ли от холода.
– Эй! – приподнял подбородок и заглянул в глаза. – Что с тобой?
– Не по себе как-то… домой хочу.
– Хорошо, тогда поехали, – он двинулся к машине. Вдруг остановился в нерешительности. – Кажется, я что-то забыл… – его губы сжались, а на лбу пролегла вертикальная складка.
– Телефон… Ты в гостиной забыл телефон, – пришла на помощь Катя. – Но не ходи туда. Прошу.
Когда подъехали к дому, она отпустила спутника. Не хотелось, чтобы родительница опять привязалась. Заскочила в подъезд и поднялась на пятый. Где же ключи? Черт, как же холодно… Переминаясь и подпрыгивая в тщетных попытках согреться, до упора вдавила звонок входной двери. Внутри квартиры раздалась приглушенная трель и… тишина. Нажала снова – с прежним результатом. Пришлось все же нашарить ключи на дне сумочки.
– Мама? – без особой надежды позвала девушка, переступая порог.
Она еще в тамбуре сообразила, что той нет дома. И Чапы, кстати, тоже – иначе давно бы разлаялась. Похоже, выгуливание собаки ночью вошло в привычку.
Щелкнула выключателем в прихожей. Свет вспыхнул и медленно погас. Надо же! Электричество отключили. Внутри шевельнулось неясное подозрение. Прошла в темный зал и посмотрела в окно. Огоньков нет, весь район обесточен. И… снег пошел! Теперь ясно – авария со светом из-за плохой погоды.
Заглянула за шкаф к отцу – пусто. Где его ночью носит? Думала, просто спит и не слышит звонка. Подозрение усилилось… И облегченно выдохнула. Сегодня же выходной, он как обычно на даче.
Отправилась в свою комнату. Порылась в шкафу, надела теплое. В квартире жуткий дубняк. Еще бы – на улице снег, а отопления нет! И за что только коммунальщики деньги дерут! Замоталась в пуховое одеяло, пытаясь согреться и гадая, как долго не будет мамы. И тут услышала щелчок входной двери. Обрадовалась и уже открыла рот, чтобы позвать, но не успела произнести ни звука. Она вдруг осознала, что это вовсе не мама…
Возвращаясь домой, тем более с собакой, родительница служила неиссякаемым источником шума: звенела ключами, кричала на Чапу; та пыхтела, чесалась, пыталась побыстрее сбросить ошейник, скулила и подпрыгивала от нетерпения. Человек же, вошедший в квартиру, вел себя тихо. Он проник внутрь почти неслышно. «Я ведь на задвижку не закрылась!» – осенило запоздалое прозрение.
Катя замерла и напрягла слух. Кто-то осторожно крался по коридору. Череда мыслеобразов пронеслась в голове за одно мгновение: маньяк, нож, сумка, телефон. Нет, она не успеет позвонить. Бесшумно выскользнула из-под одеяла, присела и задом въехала под письменный стол. Клеенка прикрывала его до середины. Затаилась. Дверь скрипнула и медленно приоткрылась. От ужаса забыла, как дышать. Ну какие в этом состоянии могут быть приемы? Одна надежда – без света не заметит. Человек вышел на середину комнаты. Коричневые клетчатые брюки, заношенные ботинки. И направился прямиком к столу. Ее обнаружили! Чужак начал наклоняться вниз и… она заорала! Просто зажмурилась и завизжала. Уши заложило, но она продолжала визжать, пока не сорвала голос.
Затем повисла мертвая тишина. И чьи-то руки… знакомые руки потащили ее из укрытия. Влад! Он щелкнул выключателем, озаряя комнату ярким светом.
– Что с тобой? – голос был полон тревоги. – Я услышал крик, когда заходил в тамбур.
Минуту она просто молчала. Тупо качалась из стороны в сторону, сидя на кровати и обхватив руками коленки. Старалась успокоиться. Говорить не получалось. Наконец, дар речи вернулся:
– Здесь был человек… он подкрался ко мне, – тут она вскочила. – Туалет! Мне нужно в туалет.
– Только не в мою кровать, – парень удержал за руку. – Хотя… – отпустил. – Все равно не получится.
– Что?! – вырвалось рефлекторно. Но когда терпенье кончается, уже не до дум. Она рванула дверь туалета и обомлела. Унитаза не было! Вместо него – дыра в полу. Схватилась за голову. Но когда, когда его успели свинтить?!
Влад подошел сзади и заглянул через плечо.
– Мы уже находимся во сне, я понял это, когда остался один, ведь до этого ты постоянно отвлекала. Однако в совместных снах совпадают не все детали, это сильно зависит от смотрящего. Я лишь догадываюсь, что с унитазом что-то не так… Это запреты тела, они формируются в детстве. Мы сейчас спим, ты хочешь в туалет, но сходить не сможешь. Сюжет сна не позволит. А напугало тебя чересчур бурное воображение, ужастиков наверно много смотрела…
Катя уставилась с недоверием. Вернулась в комнату, потрогала предметы вокруг. Все как обычно. Ущипнула себя за щеку.
– Ауч! Больно. – Потерла раненое место и безапелляционно заявила: – Мы в реальности. А по поводу унитаза – родители порой еще и не так чудят. – И вновь завернулась в одеяло.
– А на это что скажешь? – спросил с иронией.
В тоже мгновение кровать шевельнулась и, слегка покачиваясь, взмыла в воздух. Теперь она плавно парила в метре над полом. Невольная пассажирка впилась в края матраса и посмотрела вниз.
