Я абсолютно уверен, что это был лучший план, хотя бы исходя из законов небесной механики, неуклонно ведущих нас к Гималии. У нас не было запаса хода, чтобы зайти с иного курса, поднырнуть или подняться над орбитальной плоскостью спутника. Мы могли лишь ускориться или замедлиться. Идти волнами — точно не вариант, навалиться всем скопом — куда лучше. А иметь припрятанный козырь всегда хорошо.
Так что мы образовали в пространстве обращенный к Гималии диск из кораблей. По ободу — «пчелы», дальше «осы», в центре «шершень». Чтобы придать этому построению какой-то таинственный смысл, «пчелы» вращались по часовой стрелке, «осы» против, ну а «шершень» то разгонялся, то притормаживал. В десяти минутах хода за нами, сокращая расстояние, летела «пчелы» Рене, как мы надеялись — никем не замеченная. Время от времени один из истребителей сбрасывал маленькую порцию топлива или газа — мы летели в окружении сверкающих застывших льдинок.
Если бы я увидел такие таинственные и ничем не обоснованные маневры, я бы точно задумался. А вдруг наши корабли все вместе образуют какое-то супероружие?
К сожалению, супероружия у нас не было.
А к ещё большему сожалению, база на Гималии действительно была, она подготовилась к бою и не собиралась обороняться одними лишь пушками с поверхности.
— Наблюдаем множественные цели вокруг Гималии, — сообщил Саша. Радары «шмеля», конечно, были посильнее наших. — По сигнатурам — истребители и заградители вонючек.
— Много? — совсем не по-уставному спросил я.
Он помолчал секунду, а потом так же неформально ответил:
— Нам хватит. Около сотни. Славик, почему мы об этом не подумали?
Я посмотрел на экран, куда «шершень» передал изображение.
Да, хватит.
— Потому, что у Ананке их не было, — ответил я. Мысленно добавил: «Потому что на видео, что мне показали, тоже ничего не было. Но ведь Смирнов говорил, что какой-то „мусор“ они наблюдают! Говорил!»
— Значит, возвращаться будем экспрессом, — философски решил Саша. — Ну ничего, я на другое и не рассчитывал.
«А я рассчитывал» — мрачно сообщил Боря.
«Без паники», — попросил я. Размял пальцы. Приложился к соску. Искин всё уже понял — водичка стала приторно сладкой и с тонкой горечью стимуляторов.
— Ребята, готовимся, — сказал я в общий канал. — Через час встречаемся на Каллисто. Последнего все качают и кланяются!
— Это буду я! — пообещал Вонг. — Будете звать меня Великий Желтолицый Император!
Вонгу стали объяснять, как его назовут. А я тем временем разбудил щенов — большую часть пути они дремали под транквилизаторами, снял блокировку с ракет, ещё раз посмотрел на экран.
Нас заметили — половина вонючек начала движение навстречу. Ещё половина осталась у Гималии. Всё-таки опасаются, ждут какой-то уловки.
Девять «пчёл» и три «осы» против полусотни вражеских истребителей. Никакушный расклад.
В бою один на один «пчела» сильнее истребителя вонючек, но, когда сходишься один к пяти, шансы стремятся к нулю.
Ладно. Нам важно не уничтожить все корабли, а всадить одну-единственную ракету в Гималию.
— Выпускаем щенов, задача на охранение, — сказал я. — Залп кинетикой по группе перехвата, каждый по одной ракете, когда скомандую. Луиджи, ты добавь один термояд в центр их группы. Дальше по ситуации. Основная цель — Гималия.
В эфире защелкало.
Я представил, как ребята морщась пьют боевую химию, наводят ракеты, дают последние указания искинам…
— По моей команде, на раз. Десять… девять… восемь…
Обычный наш бой похож на схватку охранников каравана с набегающими разбойниками. Мы пристраиваемся к конвою, который ведёт кто-то из ангельской иерархии, летим рядом, сколько хватает топлива. Если на конвой нападают падшие, мы пытаемся по мере сил помочь ангельской иерархии. Если падших сопровождают вонючки и мохнатки, мы связываем их боем, кружим вокруг грузовых кораблей, а враг наскакивает, улетает, перегруппируется и снова кидается в бой. Вонючки неутомимы, никогда не отступают и бой длится, пока одна сторона не гибнет.
Если же мы в свободном поиске и обнаруживаем конвой падших — то сопровождаем его. Обычно вскоре появляется кто-то из ангельской иерархии (без ангелов нападать на конвой — самоубийство). Ангелы вступают в схватку с падшими, мы набрасываемся на вонючек.
Но сейчас ситуация была совсем иная. Нам нужно было прорваться сквозь заслон и ударить по Гималии. Мы сходились как две группы средневековых рыцарей на ристалище.
Всё кончится, так или иначе, за считанные секунды. У нас не будет времени и топлива чтобы разворачиваться и вновь атаковать базу.
Мы дали залп и в ту же секунду вонючки ударили в ответ. Экраны зарябили сигнатурами, ракеты сбрасывали имитаторы и ловушки, истребители маневрировали. Скорости требовались такие, что я даже не пытался управлять, отдав командование искину.
Пространство вращалось вокруг корабля, костюм разбух, пережимая тело. В глазах то и дело темнело от перегрузок. Взорвались несколько термоядерных боеголовок, вынеся разом несколько кораблей.
