Еще вчера казалось, что весь мир готов приветливо улыбнуться, открывая свои двери. Еще вчера у него был дом, красавица невеста, друзья, а жизнь играла яркими красками…Но уже сегодня вместо дома – мрак камеры. Вместо близких – тюремщики. Вместо приветливого мира – пытки и положение бесправного узника. Яркость красок беззаботной жизни сменила пугающая беспросветной темнотой неизвестность.И только на вопрос: «Где я?» неожиданно получен ответ: «Ты в аду».На остальные вопросы ему придется искать ответы самостоятельно.
© С. Извольский
© ООО «Издательство АСТ»
©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Изображение плыло, взгляд не успевал за картинкой. Периодически перед глазами будто темный занавес падал, но тут же исчезал.
«Моргаю?» – мелькнула догадка.
Мысли скакали, обгоняя друг друга, но ни на одной не получалось сосредоточиться. Голова болталась на ватной шее, и картинка перед глазами от этого еще сильнее качалась, скачками перепрыгивая с одного на другое.
Коридор. Длинный коридор с розовыми стенами, освещенный ярким светом люминесцентных ламп. Лю-ми-нес-цент-ных.
«Откуда я такие слова знаю?»
«И вообще, откуда я?»
«И куда меня ведут?» – в голове начали возникать вопросы.
Только сейчас пришло осознание, что ноги заплетаются, а чьи-то руки крепко сжимают предплечья и почти несут его за собой.
По коридору двигались быстро.
Взгляд все так же не успевал за картинкой: едва выхватил из темноты дверь – и вот уже кабинет.
Большой кабинет – изогнутый темно-коричневый стол, рядом несколько кресел. Шкаф, диванчик у стены.
Почти как у нас в офисе.
В каком офисе?
У кого – у нас?
Его уронили в кресло, голова качнулась вниз. Поднял взгляд, пытаясь осмотреться. Поморщился – по ушам стегануло противным треском отрываемого от мотка скотча. И тут же его руки оказались примотанными к подлокотникам кресла.
– Ноги? – голос раздался будто сквозь вату.
Ответ прозвучал невнятный, но утвердительный – судя по тому, как дернулись ноги и мерзко заскрежетал скотч.
Хлопнула дверь, и он остался в комнате один.
Голова вновь упала на грудь, но сейчас он даже не пытался ее поднять – зажмурившись, старался хоть что-нибудь вспомнить.
Постепенно туман в голове рассеивался, сумбур в мыслях исчезал, но ответы на вопросы не появлялись.
Кто я?
Где я?
И почему я к креслу привязан?
«Мужикам пробел не нужен!» – вдруг всплыла в голове фраза.
– Мужикам пробел не нужен, мужикам пробел не нужен, – произнес он вслух и чуть замычал в бессильной ярости.
Ненависть. Густая, объемная, всепоглощающая ненависть.
– И чё? – спросил он сам себя и повторил: – мужикам пробел не нужен…
И тут же вспомнил.
Перед его глазами как живая встала картинка – удивительной красоты девушка стоит на песке. Она в купальнике… нет, в чем-то похожем. В чем-то похожем на купальник, на песке, но они не на пляже.
Несмотря на нереальную красоту девушки, при виде ее парень скрипит зубами. И его переполняет ненависть.
Там, в картинке прошлого он, пытаясь обуздать эмоции, выдыхает несколько раз и начинает чуть подпрыгивать. Мышцы разминая, хотя ему это и не нужно.
– Хватит уже, – усмехается девушка, – мужикам пробел не нужен!
Звучит гонг, прерывая ее, и он срывается с места.
Вспомнил. Все вспомнил.
Хельгард, Элизий, Лимб, а до этого…
Резко щелкнул дверной замок. В кабинет вошло сразу несколько человек, не прерывая разговора при этом.
– То есть не калечить, но чтоб орал? – переспросил один из них.
Ответа на вопрос не последовало. Двое вошедших остановились рядом с парнем, а третий, грузный мужчина в строгом костюме пошел в сторону диванчика. В тишине было хорошо слышно, как поскрипывают подошвы его ботинок при ходьбе.
– Можно чтобы выл, – произнес, наконец, остановившийся толстяк и опустился на диван.
Сердце парня пропустило удар, а спина будто покрылась ледяной изморосью. Он открыл было рот, пытаясь что-то сказать, но только прикусил губу.
Один из стоящих рядом вдруг наклонился, сжав его примотанные скотчем запястье и кисть и резко дернул рукой.
– Ааа!!! – моментально заорал парень – боль была настолько сильной, что разрывала горло криком.
Рванувшись, он попытался отпрыгнуть, отползти от этой боли. Извивался змеей, дугой перекручивался, но длилось это не более нескольких секунд – резкий удар кулаком в грудь бросил парня в кресло.
Удара он даже не почувствовал. Весь мир, вся его вселенная сейчас сузилась до размеров большого пальца левой руки, из-под ногтя которого торчала белая головка канцелярской булавки.
Парня моментально бросило в жар, все тело покрылось испариной, а по лбу катились крупные капли пота.
– Ааа!!! – орать он не прекращал, но еще один удар по булавочной головке перевел его крик на уровень громче, хотя казалось, это невозможно.
– У тебя еще десять пальцев, – раздался рядом с ухом спокойный голос.
