Колбасу так колбасу. Мне по душе докторская — она хороша на ржаном хлебе. А если придавить сверху ломтиком голландского сыра, то особенно хороша. Кстати говоря, рецептуру докторской колбасы на Первом колбасном заводе разрабатывали для больных. Точнее, для больных, «имеющих подорванное здоровье в результате царского деспотизма». Это не я сказал, это цитата. Состав колбасы несложен: мясо высшего качества, немного яиц и капелька молока. Лучше докторской была только телячья, а самой крутой из вареных сортов считалась колбаса «Член политбюро». Но это не точно, на уровне слухов — сам никогда не видел.
Послабления и добавки в колбасу начнутся в конце семидесятых, и при этом качество покатится вниз лавинообразно. Причин тому множество, одна из них благородная: желание правительства накормить народ хоть чем-нибудь. В колбасу стали добавлять сою, морковную клетчатку и молотые в пыль копыта — для увеличения объема и снижения цены. Накормить не удалось, а вот качество потерялось навеки веков. Аминь.
Заканчивая переговоры, я отстучал:
— «Будет тебе колбаса, сыр и хлеб. Иди работай, и по делам воздастся».
Кстати о хлебе: с качеством такая же фигня. Пока что его делали из правильной муки, без модных добавок, разрыхлителей и консервантов. А вот то, что мы едим сейчас, хлебом назвать трудно. Хотя, с усилителями вкуса и ароматизаторами, населению заходит и даже вставляет.
Пока я рассуждал за жизнь по-стариковски, Антон отбил сообщение Вере, заодно, раз такая оказия. Мол, всё в порядке, работаем по плану. И мы отправились обратно.
Я уважаю те рестораны, где заполнена парковка, а в гардеробе толкутся посетители. Это означает, что блюда могут восхитить и не сильно, зато хоть продукты будут свежими. Еще один важный критерий выбора — сортир. Если ты зашел в незнакомый ресторан и увидел людей в зале — не спеши садиться, иди мыть руки. Помыл с удовольствием, в чистоте и порядке? Только теперь можно искать место и требовать меню.
Но это в мое время. Сейчас же ресторан «Интурист» считается очень дорогим заведением — меньше рубля за блюдо здесь не берут. За осетрину или севрюгу придется выложить все полтора. Порция черной зернистой икры, дополненная кубиком масла и веточкой зелени — рубль восемьдесят. А цыпленок табака, поданный с жареной картошкой и горкой зеленого горошка — аж два пятьдесят! Впрочем, оно того стоит. И не за зеленый горошек, который страшный дефицит. Просто таким цыпленком можно двоих накормить.
Когда-то я водил сюда девушек — распуская хвост, пускал пыль в глаза. Они пищали. Здесь ужинают солидные спекулянты, важные бандиты и командировочные боссы разной толщины. Богема тусуется постоянно. И конечно, простые горожане тоже прорываются. Кто-то с целью учинить банкет, у кого-то свидание. А студенты со стипендии ломятся просто потанцевать. При желании можно уложиться в пять рублей на пару, если не шиковать. Но лучше десять, тогда получится и выпить, и вкусно закусить. А когда хочется не просто ужинать с дамой, а гулять широко — готовьте все двадцать рубликов.
Однако сейчас время было детское, то ли поздний обед, то ли ранний ужин. Оркестр не играл, даже магнитофон забыли включить. Звенела посуда, люди ели, болтали и смеялись, а персонал куда-то попрятался. Видимо, в целях подготовки к очередному бурному вечеру. Так что разливать водку пришлось товарищу Иванову, после чего она благополучно закончилась. Баронесса произнесла очередной короткий тост, маркиз согласно чокнулся.
Однако разговор по существу не возобновился — в монотонный гул ресторанного зала вмешались посторонние звуки. Так бывает в здании вокзала, когда невнятный голос из-под потолка сообщает вдруг о прибытии поезда. Я обернулся. Весело гогоча, за соседний столик усаживалась авантажная группа кавказцев, законодателей моды на трехдневную небритость и яркие гавайские рубашки.
Жители нашего города, как и в случае с югославами, особо не вникали в истоки кавказских гостей. Поэтому звали их всех просто и коротко: даги. Хотя если разобраться, то слово «даги» — не простая фигура речи и не простое сокращение. Дагами называют народ, который когда-то давно жил в Персидской империи.
Так же как и даги, всегда существовали продавцы цветов и ранних помидоров. Даже в моем продвинутом мире, где костлявая рука супермаркета крепко взяла торговлю за горло, кавказцы умудряются выживать со своими вечными товарами. За примером далеко ходить не надо, аксайский овощной рынок не даст соврать. Правда, злые языки постоянно намекают на тайный импорт контрабанды, вроде наркотиков и оружия. Но это лишь слухи, никем не доказанные.
